Домой Общение Вспоминая пропавшего капитана. "верю, что капитан спецназа гру эдуард ульман жив" Ульман эдуард на донбассе

Общение

Вспоминая пропавшего капитана. "верю, что капитан спецназа гру эдуард ульман жив" Ульман эдуард на донбассе

Родился в 1973 году в г.Красноозерск Новосибирской области (по другим данным - в самом Новосибирске) в семье инженера. По национальности - наполовину русский, на четверть казах и еще на четверть немец. Фамилию получил от бабушки - немки, сосланной в годы войны в Казахстан. Учился в красноозерской школе №2. В 1990 году окончил школу и поступил в Новосибирское общевойсковое училище - главный вуз России, где готовят специалистов войсковой разведки.

В 1994 году Ульман окончил училище. Служил в спецназе Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба РФ, в воинской части №87341. В Чечню впервые попал в 2000 году, по собственному желанию, написав четыре рапорта. У Ульмана было четыре чеченских командировки; последняя из них, в ходе которой Ульман возглавлял разведгруппу номер 513, закончилась в 2002 году.

В январе 2002 года капитан Ульман и двое бойцов спецназа ГРУ - лейтенант Александр Калаганский и прапорщик Владимир Воеводин - были задержаны. В октябре 2003 года спецназовцы предстали перед судом по обвинению в превышении должностных полномочий . Вместе с ними под суд попал майор Алексей Перелевский, которого обвиняли в подстрекательстве и пособничестве в совершении преступления.

По данным следствия, 11 января 2002 года группа спецназовцев под командованием Эдуарда Ульмана, устроившая засаду близ села Дай Шатойского района Чечни (в этом районе проводилась спецоперация по поиску полевого командира Хаттаба), расстреляла шестерых мирных жителей Чечни: Зайнап Джаватханову, 41-летнюю мать семерых детей, ожидавшую восьмого, инвалида второй группы из селения Нохчи-Келой; директора Нохчи-Келойской сельской школы 68-летнего Саид-Магомеда Аласханова; завуча той же школы Абдул-Вахаба Сатабаеве; лесника Шахбана Бахаева; водителя Хамзата Тубурова, жителя села Дай; 22-летнего племянника З.Джаватхановой Магомеда Мусаева из селения Старые Атаги.

Группа Ульмана обстреляла "УАЗ" с людьми, который якабы не остановился по их требованию. При этом один пассажир был убит, еще двое ранены. Спецназовцы утверждали, что оказали помощь раненым, но потом расстреляли всех чеченцев. По версии обвинения, военные убили людей, испугавшись ответственности за содеянное (задание предусматривало огонь на поражение только в самом крайнем случае). Чтобы скрыть следы, спецназовцы погрузили тела в автомобиль, который попытались взорвать, имитируя наезд на фугас, а потом подожгли. Ульман и члены его группы заявили, что сделали это по приказу руководителя отряда ГРУ майора Перелевского. Сам Перелевский на следствии заявил, что доложил о ситуации заместителю командующего Объединенной группы войск на Северном Кавказе по ВДВ полковнику Владимиру Плотникову, командовавшему спецоперацией по поимке Хаттаба. По версии следствия, после доклада Плотникову Перелевский отдал приказ уничтожить чеченцев. Однако сам Плотников отрицал, что отдавал подобный приказ.

Осенью 2003 года находясь в предварительном заключении Эдуард Ульман был награжден орденом "За заслуги перед Отечеством" II степени.

19 мая 2005 года присяжные вторично оправдали военнослужащих , единогласно признав их невиновными. Присяжные сочли доказанным факт, что Ульман и его подчиненные действовали в соответствии со своими служебными обязанностями, согласно сложившейся обстановке. Недоказанным присяжные признали и тот факт, что приказ о расстреле пятерых оставшихся в живых чеченцев исходил от майора Перелевского. Обозреватель "Новой газеты" Анна Политковская утверждала при этом, что следствие вывело майора из-под удара по распоряжению Генштаба.

Решение второго суда присяжных вызвало массовые акции протеста в Чечне . В частности, в Грозном прошел многотысячный митинг. Чеченские власти также добивались пересмотра дела . А тогдашний президент Чечни Алу Алханов обратился в Конституционный суд России с просьбой проверить конституционность ряда законов , позволивших Северо-Кавказскому окружному военному суду рассматривать это дело с участием присяжных из других регионов страны.

В конце августа 2005 года военная коллегия Верховного суда России вновь отменила оправдательный приговор , а 6 апреля 2006 года Конституционный суд постановил, что коллегия присяжных должна формироваться по территориальному принципу . Если же это невозможно (в Чечне суд присяжных предполагалось создать лишь в 2007 году), то, было сказано в постановлении, разбирать дело следует профессиональным судьям.

21 августа 2006 года в Северо-Кавказском военном окружном суде начались предварительные слушания на третьем судебном процессе по делу Ульмана.

4 апреля 2007 года представитель прокуратуры потребовал признать военнослужащих виновными в убийствах мирных жителей Чечни и приговорить: Ульмана и Перелевского к 23 годам лишения свободы, Воеводина - к 19 годам, Калаганского - к 18 годам. Кроме того, гособвинитель потребовал лишить обвиняемых воинских званий и государственных наград и обязать выплатить потерпевшим компенсацию морального ущерба в сумме одного миллиона рублей каждому.

13 апреля 2007 года, после того как Ульман, Воеводин и Калаганский дважды не явились в суд, последний обьявил их в федеральный розыск . Кроме того, суд постановил изменить им меру пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу. Перелевский, в отличие от других обвиняемых, на судебное заседание явился, и ему мера пресечения изменена не была. При этом Перелевский заявил, что ничего не знает о местонахождении Ульмана, Воеводина и Калаганского.

14 июня 2007 года Северо-Кавказский окружной военный суд вынес приговор по делу. Суд признал бойцов спецназа ГРУ виновными в убийстве шестерых мирных жителей и приговорил Перелевского к 9 годам лишения свободы. В последнем слове Перелевский заявил, что не считает себя виновным и назвал доводы обвинения надуманными и необоснованными. Его адвокат также заявляла о невиновности своего подзащитного, однако это не оказало действия на судей. Ульман, Кагаланский и Воеводин в суд так и не явились, поэтому были приговорены заочно: Ульман - к 14 годам лишения свободы, Калаганский - к 11 годам, а Воеводин - к 12. По решению суда, все четверо будут отбывать наказание в колонии строгого режима.

18 июня 2007 года адвокат Роман Кржечковский подал в Верховный суд России кассационную жалобу на приговор по делу. Адвокат сообщил журналистам, что обратился в вышестоящую инстанцию с краткой жалобой, а полную ее версию он подаст в суд, как только получит протокол судебных заседаний и ознакомится с ним. Кржечковский пояснил, что жалоба должна быть рассмотрена в течение месяца со дня ее подачи.

Эдуард Ульман женат с 2005 года, детей нет. Его младшая сестра замужем за гражданином США - сержантом американской армии.

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры

Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях Telegram и WhatsApp. Номер для Телеграм и WhatsApp +49 1577 2317856.

Организация ветеранов локальных войн Artofwar:«Согласно специфике спецназа, приказ априори не может быть преступным» УЛЬМАН ЗНАЛ, ЧТО ПРИКАЗ - ПРЕСТУПНЫЙИ все-таки принял решение расстрелять шестерых мирных жителей... Дело Ульмана...

Организация ветеранов локальных войн Artofwar:

«Согласно специфике спецназа, приказ априори не может быть преступным»

УЛЬМАН ЗНАЛ, ЧТО ПРИКАЗ - ПРЕСТУПНЫЙ

И все-таки принял решение расстрелять шестерых мирных жителей...

Дело Ульмана заставляет вспоминать о важном и неприятном - о том, что хочется забыть. О том, что представители нашего государства от нашего имени на протяжении лет казнят без суда и следствия наших сограждан. Дело Ульмана уникально лишь тем, что дошло до суда.

11 января 2002 года в окрестностях села Дай Шатойского района спецназовцы ГРУ под командованием капитана Эдуарда Ульмана обстреляли автомобиль, в котором ехали мирные жители. Один был убит, у пятерых проверили документы и через несколько часов расстреляли. Приказ о расстреле отдавал Ульман, стреляли лейтенант Калаганский и прапорщик Воеводин.

Виновен Ульман или нет? Должен ли он нести уголовное наказание?

Многие вполне вменяемые и даже порядочные люди склонны его оправдать: «Ульман выполнял приказ. Он не мог поступить иначе». Те же люди могут осуждать нацизм и одобрять осуждение немецких военных Нюрнбергским трибуналом за исполнение преступных приказов. Казалось бы, XX век должен был научить людей делать выводы из истории, сопоставлять факты. Увы…

Среди защитников Ульмана замечен журналист Речкалов, автор серии статей в «Московском комсомольце». Я не стал бы спорить с самим Речкаловым, но приходится вступать с ним в заочный спор ради тех, кого он ввел в заблуждение своими лукавыми статьями.

Казалось бы, Речкалов, называющий себя «патентованным защитником» Ульмана, тем не менее осуждает его. Тот «отдал себя в безраздельное пользование нашей безбашенной армии, ведущей контртеррористическую операцию в своей стране по правилам войны на вражеской территории»; «не послушал свою совесть, твердившую «не убивай», а поступил, как велит солдату устав: «выполнить приказ командира беспрекословно, точно в срок»; не сам расстреливал, а приказал это сделать подчиненным; наконец, не застрелился после этого. За все это журналист осуждает Ульмана, но формулирует вину исключительно в моральных категориях - так, что ни одно из «преступлений» не подпадает под юрисдикцию военного суда.

<…> Ульман не преступник, поскольку в части первой 42-й статьи УК РФ написано: «Не является преступлением причинение вреда… лицом, действующим во исполнение обязательного для него приказа… Уголовную ответственность за причинение такого вреда несет лицо, отдавшее незаконный приказ…». Судят же именно исполнителей, а высшее лицо, отдавшее приказ, прокуратурой не установлено. Эти доводы защита Ульмана и его подельников приводит в суде, а Речкалов воспроизводит в статьях:

1. Спецназовцы ГРУ были обязаны выполнять все приказы, которые им отдавали их командиры.

2. За исполнение приказа, каким бы он ни был, военный человек уголовной ответственности нести не должен.

3. Судить следует того самого наивысшего командира, который отдал приказ. <…>

Но давайте по порядку.

Группе Ульмана приказали организовать засаду - скрытно расположиться на путях передвижения противника для нападения с целью его уничтожения, захвата пленных и т.п. Засаду устроили на окраине мирного, не блокированного войсками села Дай, на дороге, по которой ездили местные жители. Выполнение этого приказа не могло не привести к гибели последних. В итоге была обстреляна гражданская машина. <…> Налицо военное преступление. Но вина Ульмана не очевидна.

Он мог не знать, что в результате общего бардака войска не блокировали село, а по дороге беспрепятственно ездят гражданские машины. Он мог думать, что любая едущая здесь машина полна боевиков. Ему поставили боевую задачу, он выполнял. <…> Скорее всего, ответственность за обстрел гражданской машины <…> целиком лежит на военном командовании. <…>

Но затем Ульману поступил приказ расстрелять захваченных людей. Спецназовцы уже понимали, что боевиков в машине не было. Они проверили документы у задержанных, допросили их, обыскали машину (оружия там не было), даже перевязали раненых. Но был ли приказ?

Вот рассказ Ульмана: «Оперативный офицер Перелевский передал мне (по рации. - О.О.): «У тебя шесть двухсотых». Двухсотый - это значит труп. Я говорю: «Не понял, повтори». «Повторяю: у тебя шесть двухсотых». Я опять говорю: «Не понял, мне что, всех их уничтожить?». «Да».

Вместо четкого и однозначного приказа - намеки. <…> Никто не смог бы вменить Ульману неисполнение этого не приказа даже, а не очень внятного указания!

А если бы майор Перелевский отдал ясный и недвусмысленный приказ расстрелять?

Защита Ульмана доказывает: не имеет права военный человек в боевой обстановке не выполнить приказ командира. Любой! В уставе написано: «Приказ командира должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок». А если командир прикажет убить генерала или «мочить» Верховного главнокомандующего? Одни из защитников Ульмана мямлят: мол, «это совсем другое дело». Другие вспоминают, что есть в 42-й статье УК РФ часть вторая: «Лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения, несет уголовную ответственность на общих основаниях. Неисполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения исключает уголовную ответственность».

Со стрельбой по генералу ясно: приказ незаконен. А насчет расстрела задержанных - нет? Не могут взрослые люди, журналисты и офицеры, понять, что приказ расстрелять безоружных людей, среди которых женщина и старик, - преступный?

Речкалов <…> объясняет читателям, как рискованно было Ульману не убить безоружных - ему якобы грозила статья 332 того же УК! «Согласно этой статье, за неисполнение приказа, причинившее существенный вред службе, - до двух лет дисбата. То же деяние, совершенное группой, до пяти лет лишения свободы».

Речкалов не цитирует эту статью точно. А написано там следующее: «Неисполнение подчиненным приказа начальника, отданного в установленном порядке, причинившее существенный вред интересам службы, - наказывается…». «Отданного в установленном порядке»! А что и как Перелевский передавал по рации Ульману? Какой тут «установленный порядок»?!

Согласно части третьей статьи 37 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», «командирам запрещается отдавать приказы и распоряжения, не имеющие отношения к исполнению обязанностей военной службы или направленные на нарушение законодательства Российской Федерации. Командиры, отдавшие указанные приказы и распоряжения, привлекаются к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации». <…>

В отличие от журналиста, Ульман, офицер, <…> был обязан помнить и нормы законов, и положения Устава внутренней службы Вооруженных сил РФ. Статья 7 устава определяет однозначно, что понимать под «исполнением военнослужащими обязанностей военной службы»: «Не признаются исполняющими обязанности военной службы военнослужащие: <…> совершающие предусмотренные уголовным законодательством общественно опасные деяния».

Ульман не только исполнил невнятное указание вышестоящего офицера, направленное на нарушение российского законодательства, однозначно запрещающего внесудебные казни. Он сам отдал приказ совершить деяние, подпадающее под пункты «а», «в», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ: убийство организованной группой нескольких лиц, заведомо находящихся в беспомощном состоянии. Ульман при этом не «исполнял обязанности военной службы». <…> Тот же устав запрещает применять оружие в отношении женщин - только отражая нападение. Убитая по приказу Ульмана 35-летняя Зайтхан Джаватханова, мать пятерых детей, не пыталась на кого-либо нападать. <…>

«Я не знал, что мне отдали преступный приказ», - твердит Ульман. Обязан был знать!

Утверждение, будто армия может строиться лишь на основе беспрекословного выполнения ЛЮБОГО приказа, ставит армию вне закона.

У сторонников освобождения Ульмана со товарищи от уголовного наказания есть еще один аргумент: приказ о расстреле пришел от высшего начальства - и пока это лицо не привлечено к уголовной ответственности, остальных привлекать негоже.

Тогда надо оправдывать членов бандформирований, пока не поймали всех главарей. <…>

Будет ли свой «Нюрнбергский трибунал» по преступлениям, совершенным в Чеченской Республике? Если будет, то, к сожалению, не скоро. Что, до тех пор нельзя судить военных, милиционеров, сотрудников спецслужб, совершивших при исполнении служебных обязанностей преступления против населения Чечни? Наоборот, надо добиваться уголовного наказания всех, в отношении кого собрана достаточная доказательная база.

Следствие установило цепочку: непосредственные исполнители убийства (Калаганский и Воеводин) - отдавший им приказ Ульман - отдавший по рации указание Перелевский. Дальше - обрыв цепочки. Был ли приказ отдан сверху руководителем операции полковником Плотниковым? Доказательств тому не нашли. Может, не хотели найти? <…>

Речкалов доказывал мне, что присяжные, оправдывая раз за разом Ульмана, вынудят власть назвать того, кто отдал Перелевскому приказ о расстреле. Как одно следует из другого, журналист объяснить не смог. <…> На деле на примере оправдания Ульмана и его подельников отрабатывается механизм увода людей в форме от ответственности за любые преступления.

Допустим, некто выполняет заведомо преступный приказ. Следствие доказывает наличие приказа. Но при движении вверх по цепочке должностных лиц, транслирующих приказ, один из командиров уходит в глухую несознанку. И все! Никто не должен быть наказан! Бездоказательно наказывать высшее начальство нельзя, а наказывать исполнителей без начальства несправедливо?

Эта логика устраивает всех, кто совершает преступления от имени государства. Такие доводы приводят адвокаты милиционеров, «зачищавших» Благовещенск. При всех, казалось бы, резких высказываниях Речкалова в отношении военного командования и армии в целом его статьями могут быть довольны и генералы, отдающие приказы, ведь осуждение Ульмана нанесет серьезный удар по всей системе беззаконного насилия, которая создана в Чечне, а теперь расползается по остальной России.

До сих пор за преступления против мирных граждан на Северном Кавказе были осуждены лишь те военные и милиционеры, которые творили насилие самовольно, без приказа. Но ведь это не самое страшное из происходящего там. Гораздо страшнее система «эскадронов смерти», пыток в тайных незаконных тюрьмах и последующих внесудебных казней. Люди в погонах в этой системе выполняют и отдают преступные приказы. Как Ульман. <…>

Люди этой системы уверены в неподсудности - они выполняют государственный заказ! Если кто-то когда-то и будет отвечать, всегда можно сослаться на обязанность беспрекословно выполнять приказ.

Прецедент осуждения за исполнение преступного приказа угрожает дальнейшей работе такой системы. Потерпит ли она эту угрозу?

Олег ОРЛОВ, председатель совета правозащитного центра «Мемориал»

«НА МЕСТЕ УЛЬМАНА МОГ БЫТЬ ЛЮБОЙ ИЗ НАС...»

«Не хотите убийств - откажитесь от войны»

На протяжении пяти лет четверо офицеров фактически пребывают в подвешенном состоянии. Точно в таком же состоянии находятся тысячи солдат и офицеров, принимавших участие в контртеррористической операции в Чечне. И речь сейчас идет не о виновности или невиновности группы Ульмана. Речь идет уже об отношении власти к своей армии.

Да, преступления, совершаемые военными в Чечне, давно уже стали обыденностью. Жизнь человека в этом регионе не стоит сейчас ничего. И суды над военнослужащими, убивающими людей в состоянии алкогольного опьянения или ради наживы, безусловно, справедливы. Однако дело Ульмана кардинально отличается от подобных дел.

Ульман не был пьян, не занимался самоуправством, не собирался грабить, мародерничать или похищать людей. Его группа находилась в засаде и выполняла боевое задание.

<…> Каждый сам для себя должен решить, как он поступил бы в подобной ситуации: сделал бы то, что приказывают, или бросил бы все и уволился из армии. Не будем сейчас рассматривать и преступность приказа, потому что, согласно специфике спецназа, приказ априори не может быть преступным.

Но надо понять, что Ульман поступил так, как ОБЯЗАН был поступить. Так, как его учили. Потому что спецназ - вне морали. Как-то забылось, что спецназ ГРУ создавался с одной целью - уничтожение шахт с баллистическими ракетами на территории противника, и в то время, когда другие в вузах изучают экономику или бухучет, офицер спецназа изучает способы убийства людей. И посылают его на войну именно за этим - убивать. Защита отечества, священный долг, почетная обязанность, служба Родине - за всеми этими словами кроется одно: убийство других людей. И в войсках специального назначения, в силу их специфики, это возведено в абсолют. В закон. По которому каждый, кто увидел группу спецназа, должен быть убит. Так работают все разведки мира! Иначе нельзя. <…>

И если вы решились использовать прошедших специальную подготовку диверсантов-профессионалов против граждан своей страны на своей территории - какого еще результата вы ожидали?

Если вы против убийств - откажитесь от войны вообще. <…> Поставьте во главу угла человеческую жизнь - как абсолютную, бесспорную ценность.

Если же вы не в состоянии этого сделать, то защищайте свою армию и своих солдат!

Этим судом государство нанесло армии такой удар под колени, какого не смогли нанести даже пятнадцать лет разрухи. Когда власть сдает своих солдат, она уничтожает армию. Не надо никаких вторжений противника - два-три таких суда, и армии больше нет. <…>

<…> Мы свой долг по отношению к государству выполнили, когда оно посчитало это необходимым. Почему государство не выполняет своего долга по отношению к нам?

Очевидно, что Ульман попросту назначен на роль козла отпущения, как того требует сложившаяся на данный момент политическая ситуация. Вы судите его за убийство шестерых человек потому, что у них не было оружия. Но если бы в той машине, у тех же самых людей был найден хоть один патрон, вы назвали бы Ульмана героем и вручили ему орден.

Никто не спрашивает, сколько человек Ульман убил до этого. Никто не спрашивает, сколько человек было убито снарядами, выпущенными из орудий 160-го танкового полка, которым командовал Юрий Буданов. Сколько среди них было детей. Никто не спрашивает, кто же, в конце концов, ответит за гибель детей Беслана.

С вашей точки зрения, видимо, между этими убийствами есть разница. С нашей точки зрения - разницы нет никакой. Убийство всегда остается убийством независимо от способа его совершения.

Такой позицией вы подталкиваете армию к совершению новых преступлений. Этот суд посылает одно-единственное послание: убивай, но не забудь подкинуть патрон. А если ты раскаешься в происшедшем, начнешь оказывать помощь раненым и на следствии сам расскажешь, как было дело, - ты преступник.

Убиты шесть человек. Безусловно, это преступление. Без всяких «но» и «если». И кто-то должен ответить за эти шесть загубленных жизней. Вы для себя решили, что отвечать должны мы, ваши игрушечные солдатики.

Мы для себя решили по-другому.

Мы больше не будем оставаться в стороне. Мы не безмолвное стадо. Мы больше не позволим сдавать своих. <…> Эту грязную войну начали не мы - поверьте, каждый из нас с большим удовольствием остался бы дома на диване. Эту грязную войну начали вы. Так потрудитесь сами отвечать за свои преступления.

Мы не требуем оправдания Ульмана - это не в нашем праве. В конце концов, степень виновности или невиновности гражданина определяет суд. Мы требуем прекращения практики назначения крайних! Мы требуем всестороннего объективного расследования по делу и выявления реальных, а не назначенных виновников! <…>

Также мы обращаемся ко всем ветеранам локальных войн бывшего СССР и России.

Братцы! <…> При том разгуле бесшабашности, при котором ведется «контртеррористическая операция» в Чечне, <…> при таком грязном ведении войны против граждан собственной страны на территории собственной страны же, в которую втянута собственная армия, на месте капитана Ульмана мог бы оказаться каждый из нас. Собственно, все мы и так были на его месте. Все мы стреляли.

И это не Ульману не повезло, что его «сдали», это нам повезло, что не сдали нас. <…>

За те двенадцать лет, что идет война, Чечню прошли около миллиона человек. Это население большого города. Двадцать дивизий. Нас много. Мы - сила. И в наших силах изменить наше настоящее и наше будущее. <…>

Из обращения общественной организации ветеранов локальных войн

Полный текст - www.Artofwar.ru

Я НЕ WWW.РУ

На войне убийц не бывает? В Катыни тоже убийц не было? Тезис - «кто увидел группу спецназа, должен быть убит» - имеет право на существование только на территории, контролируемой противником. Чечня - что, контролируется талибами? Вывод: спецназ ГРУ выродился в кровавых мясников, которые на территории собственной страны творят кровавый беспредел, да еще и имеют наглость угрожать.

Надо, обязательно надо судить тех, кто отдает приказы. Но если не получится, надо обязательно осудить тех, кто эти приказы выполняет. Если авторы текста пишут правду, 2-3 таких случая - и желающих стрелять в заведомо мирных жителей по приказу тоже не останется. Дай-то Бог! Вот почему надо осудить Ульмана по всей строгости - не только потому, что он УБИЛ мирных жителей, но и для того, чтобы отбить охоту убивать у тех, кто еще на свободе.

SSE, лейтенант запаса, ОсНаз

Я бы повязал их всех, кляпы в рот и сложил рядком под кустик в стороне от дороги. Машину с дороги убрал бы. И все. Когда их найдут, информация, которую они кому-либо смогут обо мне дать, безнадежно устареет. Убивать-то зачем? А в данном случае имела место еще и попытка скрыть убийство. Если Ульман чувствовал правомерность своих действий, зачем было чего-то там «имитировать»?

Липатенков Павел Сергеевич

Государство должно, обязано защищать тех, кто по его приказу был поставлен в нечеловеческие условия и вынужден преступать общечеловеческие нормы. Ни в коей мере не одобряя всякое убийство, все же требую свободы капитану Российской армии.

Загорулько Владислав Алексеевич

НЕПОДСУДЕН! Осуждение Ульмана будет растолковано нами как предательство и сознательная борьба с армией. Понести наказание должны отдавшие приказ. В противном случае вина ляжет на главнокомандующего и министра обороны. Ст. л-т запаса. Чечня, 1995-1996.

Ульман и остальные парни - НЕПОДСУДНЫ! Насчет их вины… это между ними и Создателем. «Страна, не уважающая своих солдат, обречена быть низведенной до сноски в истории». Срочная - рядовой, 154-й отдельный батальон, в/ч 65007; ныне - лейтенант запаса ВВС.

Мое мнение: они виновны только в том, что не послали при посылке их в Чечню на … свое командование, отправляющее их вести боевые действия без объявления войны! Судить их независимым судом можно только после суда над Ельциным, развязавшим эту бойню, и ВВП, продолжающим ее, при этом не называя ее официально войной.

Гульков Павел, ст. л-т запаса

Приказы бывают разные, преступные в том числе. За все придется ответить каждому и персонально, пусть не здесь, не сейчас. Прикрываться приказами - скотство, если у вас вместо совести приказ, что ж… туда вам и дорога. Что касается Ульмана: два раза не судят, если оправдан - значит, оправдан.

Александр Чуйков

Сам был на первой и второй чеченских. Наша власть никогда не услышит: «Идущие на смерть приветствуют тебя!». Наша власть вообще ничего не слышит и не хочет слышать. Повторное, а теперь уже в третий раз судилище над капитаном Ульманом и его группой - это суд над всеми нами, теми, кто позволил нынешней власти прийти и взять ее даром. И в том, что теперь решение суда будет угодно власти нынешней - как российской, так и откровенно бандитской власти в Чечне, нет сомнения. Что же, позволили серым полковникам прийти к власти, позволим теперь им еще нас осудить к пожизненному заключению под этой властью? Позволим, товарищи офицеры?

Эдуа́рд Анато́льевич У́льман (24 июня , Новосибирск) - российский военнослужащий. Капитан спецназа Главного разведывательного управления . Приговором Северо-Кавказского окружного военного суда признан виновным в убийстве шести мирных жителей Чечни . Местонахождение в настоящее время неизвестно.

Биография

Родился в семье инженера. Окончил Новосибирское высшее военно-политическое общевойсковое училище (НВВПОУ) ().

Дело Ульмана

Хроника событий.

Согласно статье 2007 года Ирины Дедюховой из сетевого издания «Полярная звезда» и статье 2005 года Вадима Речкалова из «Московского комсомольца », 10 января 2002 года командующий Объединённой группировкой вооружённых сил генерал-лейтенант Владимир Молтенской подписал директиву № 3/02772 о проведении операции в Шатойском районе Чечни. Целью операции была поимка полевого командира Хаттаба , который по имевшейся оперативной информации скрывался в селе Дай вместе с отрядом из 15 человек.

Непосредственным руководителем операции был назначен заместитель Молтенского по воздушно-десантным войскам полковник Владимир Плотников, который был переведён в Чечню из Москвы, из оперативного штаба ВДВ, за две недели до операции, в конце декабря 2001 года.

Населённые пункты планировалось блокировать Объединённой группировкой вооружённых сил, а для перехвата групп боевиков, которые сумели бы вырваться из оцепления, были направлены разведгруппы спецназа.

При осмотре автомашины в ней были обнаружены 6 человек, пять мужчин и одна женщина. Один пассажир (Саид-Магомед Аласханов) в результате обстрела погиб, двое (водитель Хамзат Тубуров и пассажир Абдулвахаб Сатабаев) получили огнестрельные ранения.

Выведя из машины пятерых задержаных (водителя Х. Тубурова и ехавших с ним в посёлок Нохч-Келой граждан А. Сатабаева, З. Джаватханову, Ш. Бахаева и Д. Мусаева), военные оказали первую медицинскую помощь раненым Тубурову и Сатабаеву, после чего по приказу Ульмана перевели задержанных в близлежащую ложбину и оставили там под охраной. Оружия и боеприпасов в обстрелянном автомобиле не оказалось.

Сразу после задержания Ульман доложил обстановку в штаб, запросил эвакуацию раненных и сообщил паспортные данные задержанных. По приказу из штаба его раскрытая группа была переведена в режим обычного блок-поста . До захода солнца группа остановила (на этот раз без применения оружия) ещё три автомобиля местных жителей, которые после досмотра и проверки документов были отпущены. Поздно вечером майор Алексей Перелевский передал приказ уничтожить оставшихся в живых. Ульман три раза просил повторить приказ, в последний раз дав прослушать его всем бойцам своего подразделения, но приказ был подтверждён. После этого Ульман приказал лейтенанту Александру Калаганскому и прапорщику Владимиру Воеводину расстрелять задержанных. Затем трупы были загружены в УАЗ, который облили бензином и подожгли. После этого штаб запросили о путях отхода, но всякая оперативная связь с Ульманом и его группой была прекращена. В тот же вечер группа спецназа добралась до штаба, где Ульман лично доложил полковнику Плотникову об уничтожении задержанных.

Поскольку группа спецназа была демаскирована командованием, никакого секрета в том, кто уничтожил пассажиров УАЗа, для местных жителей не было. 13 января 2002 года в часть, где находился капитан Ульман со своей группой, явились вооружённые чеченские милиционеры с требованием выдать им группу спецназа. Вооружённого столкновения удалось избежать, поскольку командование военных поспешно заявило, что группа спецназа будет отдана под суд.

Другие версии

Согласно Елене Строителевой из газеты «Известия », следствие установило, что 11 января 2002 года группа спецназа под командованием Ульмана расстреляла шестерых чеченцев.

По данным журналистского расследования Анны Политковской из «Новой газеты », 11 января 2002 года Ульман с подчинёнными десантировались с воздуха на поиски раненого Хаттаба. На горной дороге из райцентра Шатой десантники убили «шесть человек, попавшихся им на пути». Военный комендант Шатойского района, начальник военной разведки майор Виталий Невмержицкий , наткнувшись на «самостийный крематорий», вызвал прокуроров из Шатоя. Убитыми оказались:

Согласно Людмиле Тихомировой, адвокату родственников погибшего Хамзата Тубурова, водитель не успел подчиниться приказу десантников остановиться, и десантники открыли огонь на поражение. Директор школы был убит сразу, ещё двое пассажиров были ранены. Им была оказана медицинская помощь.

Эдуард Ульман доложил офицеру связи майору Перелевскому.

Адвокат прапорщика Воеводина Николай Остроух сообщил, что Перелевский доложил полковнику Плотникову, после чего Перелевский отдал приказ на уничтожение. Согласно свидетелю Николаю Эпову, находившемуся в палатке с Перелевским, Перелевский посоветовался с «каким-то полковником с усами и в валенках», который заявил: «Пленных не брать». Согласно свидетелю Александру Круплеву, руководителями операции были полковники Плотников и Золотарёв. Десантники попытались взорвать машину, потом облили трупы бензином и подожгли.

Судебные процессы

Первый процесс (2004)

Согласно военной коллегии Верховного суда, капитан Ульман получил несвоевременное сообщение о приближающемся автомобиле, не успел остановить его и превысил полномочия, приказав открыть стрельбу и начав стрелять сам.

Второй процесс (2005)

Решение второго суда присяжных вызвало массовые акции протеста в Чечне. В частности, в Грозном прошёл многотысячный митинг. Власти Чеченской Республики также добивались пересмотра дела.

В конце августа военная коллегия Верховного суда России вновь отменила оправдательный приговор.

Третий процесс (2005-2006)

На этой стадии в дело вступил адвокат Мурад Мусаев, представлявший семьи убитых жителей Чеченской Республики.

Также, 13 апреля было выдвинуто предположение, что Ульмана похитили чеченцы. На данный момент его местонахождение неизвестно.

См. также

Примечания

Отменён оправдательный приговор Северо-кавказского окружного военного суда от 11 мая 2004 года (неопр.) (недоступная ссылка) . Дата обращения 14 апреля 2007. Архивировано 8 октября 2007 года.
Чеченцы уважили майора Перелевского Газета.ру , 14 июня 2007
Эдуард Ульман в Лентапедии
Потерпевшие по «делу Ульмана» отказались от компенсаций NEWSru , 21 декабря 2006
Ирина Дедюхова. Сбежали или проданы? Дело Ульмана - полное собрание сухих фактов Архивная копия от 15 марта 2008 на Wayback Machine Полярная звезда, 26 апреля 2007
Вадим Речкалов.

Родился в 1973 году в Новосибирске в семье инженера. В 1990 году поступил в Новосибирское Высшие военно-политическое общевойсковое училище (НВВПОУ) .[источник?]

В 1994 году Ульман окончил училище и был взят на службу в спецназ Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба РФ.

Согласно Елене Строителевой из газеты «Известия», следствие установило, что 11 января 2002 года группа спецназа под командованием Ульмана расстреляла шестерых чеченцев.

По данным журналистского расследования Анны Политковской из «Новой газеты», 11 января 2002 года Ульман с подчинёнными десантировались с воздуха на поиски раненого Хаттаба. На горной дороге из райцентра Шатой десантники убили «шесть человек, попавшихся им на пути». Военный комендант Шатойского района, начальник военной разведки майор Виталий Невмержицкий, наткнувшись на «самостийный крематорий», вызвал прокуроров из Шатоя. Убитыми оказались:

Зайнап Джаватханова, 41-летняя мать семерых детей, ожидавшая восьмого, инвалид второй группы, село Нохчи-Келой;

Саид-Магомед Аласханов, 68-летний директор сельской школы, село Нохчи-Келой;

Абдул-Вахаб Сатабаев, завуч, село Нохчи-Келой;

Шахбан Бахаев, лесник, село Нохчи-Келой;

Лучшие дня

Хамзат Тубуров, водитель, село Дая;

Магомед Мусаев, 22-летний племянник беременной Зайнап, село Старые Атаги..

Эдуард Ульман доложил офицеру связи майору Перелевскому.

Согласно статье 2007 года Ирины Дедюховой из сетевого издания «Полярная звезда» и статье 2005 года Вадима Речкалова из «Московского комсомольца», 10 января 2002 года командующий Объединенной группировкой вооруженных сил генерал-лейтенант В. И. Молтенской подписал директиву №3/02772 о проведении операции в Шатойском районе Чечни. Целью была поимка Хаттаба, который по имеющейся оперативной информации скрывался в селе Дай вместе с отрядом из 15 человек.

Непосредственным руководителем операции был назначен заместитель Молтенского по воздушно-десантным войскам полковник Владимир Плотников, который был переведен в Чечню из Москвы, из оперативного штаба ВДВ за две недели до операции, в конце декабря 2001 года.

Населенные пункты планировалось блокировать Объединенной группировкой вооруженных сил, а для перехвата групп боевиков, которые сумели бы вырваться из оцепления, были направлены разведгруппы спецназа.

11 января группа №513 спецназа ГРУ в составе 12-ти человек под командованием Ульмана десантировалась в 3 километрах юго-восточнее Дая, недалеко от села Циндой и организовала засаду в разрушенной кошаре в 5-ти метрах от дороги Дай-Циндой, ведущей в Грузию.

Согласно Ирине Дедюховой, на засаду выехала машина УАЗ, водитель которой не подчинился приказу Ульмана остановиться и попытался сбить последнего. Согласно военной коллегии Верховного суда, капитан Ульман получил несвоевременное сообщение о приближающемся автомобиле, не успел остановить его и превысил полномочия, приказав открыть стрельбу и начав стрелять сам.

При осмотре автомашины в ней было обнаружено 6 человек, пять мужчин и одна женщина. Один пассажир (Саид-Магомед Аласханов) в результате обстрела погиб, двое (водитель Хамзат Тубуров и пассажир Абдулвахаб Сатабаев) получили огнестрельные ранения.

Выведя из машины пятерых задержаных (водителя Тубурова Х.Г. и ехавших с ним в поселок Нохч-Келой граждан Сатабаева А.А., Джаватханову З.И., Бахаева Ш.М. и Мусаева Д.И.), военные оказали первую медицинскую помощь раненым Тубурову и Сатабаеву, после чего по приказу Ульмана перевели задержанных в близлежащую ложбину и оставили там под охраной. Оружия и боеприпасов в обстрелянном автомобиле не оказалось.

Сразу после задержания Ульман доложил обстановку в штаб, запросил эвакуацию раненных и сообщил паспортные данные задержанных. По приказу из штаба его дезавуированная группа была переведена в режим обычного блок-поста. До захода солнца группа остановила (на этот раз без применения оружия) еще три автомобиля местных жителей, которые после досмотра и проверки документов были отпущены. Поздно вечером майор Алексей Перелевский передал приказ уничтожить оставшихся в живых. Ульман три раза просил повторить приказ, в последний раз дав прослушать его всем бойцам своего подразделения, но приказ был подтвержден. После этого Ульман приказал лейтенанту Александру Калаганскому и прапорщику Владимиру Воеводину расстрелять задержанных. Затем трупы были загружены в УАЗ, который облили бензином и подожгли. После этого штаб запросили о путях отхода, но всякая оперативная связь с Ульманом и его группой была прекращена. В тот же вечер группа спецназа добралась до штаба, где Ульман лично доложил полковнику Плотникову об уничтожении задержанных.

Поскольку группа спецназа была демаскирована командованием, никакого секрета в том, кто уничтожил пассажиров УАЗа для местных жителей не было. 13 января 2002 года в часть, где находился капитан Ульман со своей группой, явились вооруженные чеченские милиционеры с требованием выдать им группу спецназа. Вооруженного столкновения удалось избежать, поскольку командование военных поспешно заявило, что группа спецназа будет отдана под суд.

14 января 2002 года капитан Эдуард Ульман, лейтенант Александр Калаганский, прапорщик Владимир Воеводин и передавший приказ группе о ликвидации, оперативный офицер майор Алексей Перелевский, находившийся на временном пункте управления операцией штаба были арестованы. Спецназовцам Ульману, Калаганскому и Воеводину было предъявлено обвинение в убийстве, майору Перелевскому - в превышении полномочий.

29 апреля 2004 года суд присяжных оправдал группу Ульмана, сочтя, что они не имели права нарушить приказ командира. Это решение было подтверждено вердиктом суда 11 мая 2004 года. Однако, потерпевшие обжаловали приговор, и военная коллегия Верховного суда отменила его, обнаружив, что граждане Надежда Ананьева, Вячеслав Ефимов, Тамара Изотова и Николай Степанов были включены в список присяжных в обход закона.

19 мая 2005 года присяжные вновь оправдали военнослужащих, единогласно признав их невиновными.

В конце августа 2005 года военная коллегия Верховного суда России вновь отменила оправдательный приговор.

4 апреля 2007 г. представитель прокуратуры потребовал признать военнослужащих виновными в убийствах мирных жителей Чечни и приговорить: Ульмана и Перелевского к 23 годам лишения свободы, Воеводина - к 19 годам, Калаганского - к 18 годам. Кроме того, гособвинитель потребовал лишить обвиняемых воинских званий и государственных наград и обязать выплатить потерпевшим компенсацию морального ущерба в сумме одного миллиона рублей каждому.

13 апреля 2007 г., после того как Ульман, Воеводин и Калаганский дважды не явились в суд, они были объявлены в федеральный розыск. Кроме того, суд постановил изменить им меру пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу.

Также 13 апреля 2007 г. было выдвинуто предположение, что Ульмана похитили чеченцы[источник?]. На данный момент его местонахождение не известно.

14 июня 2007 г. Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил Алексея Перелевского к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Трое других спецназовцев не присутствовали в зале суда и были осуждены заочно. В частности, капитан Эдуард Ульман признан виновным в убийстве, превышении служебных полномочий и умышленном уничтожении имущества и заочно осужден на 14 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. На 11 лет осужден лейтенант Александр Калаганский, на 12 лет - прапорщик запаса Владимир Воеводин.

Принадлежность

Россия

Род войск Годы службы Звание Награды и премии

Эдуа́рд Анато́льевич У́льман (24 июня (19730624 ) , Новосибирск) - российский военнослужащий. Капитан спецназа ГРУ . Решением Северо-Кавказского окружного военного суда признан виновным в убийстве шести мирных жителей Чечни .

Биография

Дело Ульмана

Хроника событий

Согласно статье 2007 года Ирины Дедюховой из сетевого издания «Полярная звезда » и статье 2005 года Вадима Речкалова из «Московского комсомольца », 10 января 2002 года командующий Объединённой группировкой вооружённых сил генерал-лейтенант Владимир Молтенской подписал директиву № 3/02772 о проведении операции в Шатойском районе Чечни. Целью операции была поимка полевого командира Хаттаба , который по имевшейся оперативной информации скрывался в селе Дай вместе с отрядом из 15 человек.

Непосредственным руководителем операции был назначен заместитель Молтенского по воздушно-десантным войскам полковник Владимир Плотников, который был переведён в Чечню из Москвы, из оперативного штаба ВДВ за две недели до операции, в конце декабря 2001 года.

11 января группа № 513 спецназа ГРУ в составе 12-ти человек под командованием Эдуарда Ульмана десантировалась в 3 километрах юго-восточнее Дая, недалеко от села Циндой и организовала засаду в разрушенной кошаре в 5-ти метрах от дороги Дай - Циндой, ведущей в Грузию.

Согласно свидетелю, старшему сержанту Эдуарду Попову, находившемуся в группе Ульмана, при появлении машины с пострадавшими «Ульман выбежал на дорогу и взмахом руки приказал остановиться двигавшемуся „УАЗику“. Машина не только не остановилась, а попыталась сбить Ульмана, после чего он отскочил в сторону, сделал предупредительный выстрел, машина продолжила движение, и только потом дал команду стрелять ».

Сразу после задержания Ульман доложил обстановку в штаб, запросил эвакуацию раненных и сообщил паспортные данные задержанных. По приказу из штаба его раскрытая группа была переведена в режим обычного блок-поста. До захода солнца группа остановила (на этот раз без применения оружия) ещё три автомобиля местных жителей, которые после досмотра и проверки документов были отпущены. Поздно вечером майор Алексей Перелевский передал приказ уничтожить оставшихся в живых. Ульман три раза просил повторить приказ, в последний раз дав прослушать его всем бойцам своего подразделения, но приказ был подтверждён. После этого Ульман приказал лейтенанту Александру Калаганскому и прапорщику Владимиру Воеводину расстрелять задержанных. Затем трупы были загружены в УАЗ, который облили бензином и подожгли. После этого штаб запросили о путях отхода, но всякая оперативная связь с Ульманом и его группой была прекращена. В тот же вечер группа спецназа добралась до штаба, где Ульман лично доложил полковнику Плотникову об уничтожении задержанных.

Другие версии

По данным журналистского расследования Анны Политковской из «Новой газеты », 11 января 2002 года Ульман с подчинёнными десантировались с воздуха на поиски раненого Хаттаба. На горной дороге из райцентра Шатой десантники убили «шесть человек, попавшихся им на пути». Военный комендант Шатойского района, начальник военной разведки майор Виталий Невмержицкий, наткнувшись на «самостийный крематорий», вызвал прокуроров из Шатоя. Убитыми оказались:

Эдуард Ульман доложил офицеру связи майору Перелевскому.

Юридические обстоятельства

Статья 42. Исполнение приказа или распоряжения
1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам лицом, действующим во исполнение обязательных для него приказа или распоряжения. Уголовную ответственность за причинение такого вреда несет лицо, отдавшее незаконные приказ или распоряжение.

2. Лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения, несет уголовную ответственность на общих основаниях. Неисполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения исключает уголовную ответственность.

9. Право командира (начальника) отдавать приказ и обязанность подчиненного беспрекословно повиноваться являются основными принципами единоначалия.

В случае открытого неповиновения или сопротивления подчиненного командир (начальник) обязан для восстановления порядка и дисциплины принять все установленные законами и воинскими уставами меры.

Судебные процессы

Первый процесс (2004)

Второй процесс (2005)

В конце августа военная коллегия Верховного суда России вновь отменила оправдательный приговор.

Третий процесс (2005-2006)

Также, 13 апреля было выдвинуто предположение, что Ульмана похитили чеченцы. На данный момент его местонахождение неизвестно. .

14 июня Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил Алексея Перелевского к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Трое других спецназовцев не присутствовали в зале суда и были осуждены заочно. В частности, капитан Эдуард Ульман признан виновным в убийстве, превышении служебных полномочий и умышленном уничтожении имущества и заочно осуждён на 14 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. На 11 лет осуждён лейтенант Александр Калаганский, на 12 лет -