Домой Здоровье Партия шуйских. Князья шуйские

Здоровье

Партия шуйских. Князья шуйские

Ростово-Суздальские князья Кирдяпины (угасший род)

Князьями Кирдяпиными называли прямых потомков (не дальше внуков) старшего сына великого князя Дмитрия Константиновича Нижегородского – Василия Дмитриевича, княжившего в Суздале, прозванного Кирдяпою и умершего в 1403 году. У него было три сына:

1) Иван Васильевич, умерший в 1417 году, оставивший сына Александра Горбатого, умершего в 1418 г., да внука, в детстве умершего, Семёна Александровича;

2) Юрий Васильевич, получивший Шую – отец Василия Юрьевича (умер в 1446 г.) и Фёдора Юрьевича, (1472 г.), унаследовавших Шуйский удел от отца. По этому уделу как отец их они сами, так и всё потомство детей Василия и Фёдора Юрьевичей прозвались Шуйскими князьями вместо Кирдяпиных. Кроме же старших сыновей Кирдяпы, конечно, Кирдяпиными прозывались, бездетные князья: Фёдор Васильевич и Данило Васильевич (умер в 1412 году) – их братья младшие.

В те годы Суздальско-Нижегородские князья идти под высокую руку Москвы не желали и даже пытались отнять у неё титул великого князя.

Суздальские князья

Родоначальником князей Суздальских был третий сын великого князя Ярослава – Фёдора Вседоловича, ставимый в порядке рождения выше Александра Невского, потому что за ним по смерти отца хан татарский утвердил старшинство, а не за Александром, который во всех отношениях превосходил Андрея. Родился великий князь Андрей Ярославович между 1217 и 1219 г.г. И в 1245 году, перед отправлением отца в Орду – по возвращении из которой он умер – получил в удел Суздаль. Получив же известие о смерти родителя, назвался великим князем и братом – своим Александром Невским – предпринял путешествие ко двору хана татарского для получения утверждения в этом достоинстве и первенстве между князьями русскими. Это достигнуто им было, но правление его в 1252 году окончилось неожиданным бегством из Владимира, когда прослышал он поход против себя монгольских войск, предводимых тремя вождями, всё на пути своём опустошавшими, бившими и пленявшими.

Бегство князя кончилось удалением совсем прежде в г. Ревель (Колывань), принадлежавший датчанам, потом в Швецию. За Андреем последовала и жена его, дочь Даниила Романовича. В 1257 году уже Андрей снова в России, ездил в Орду и принимался там не враждебно, а по смерти Невского получил бы снова великокняжеский престол, если бы не скорая смерть его, в начале 1264 года. Андрей Ярославович владел Суздалем, Городцем и Нижним Новгородом, а 3 сына его получили эти уделы в собственность раздельно: Юрий был в Суздале и умер без потомства в 1279 г.; Василий (умер в 1309 г.) получил Нижний Новгород, где его потомство и правило наследственно, а Михаил Андреевич (умер в 1305 г.) – Городец-Волжский, где умер Александр Невский в ноябре 1263 года. От князя Василия Андреевича Нижегородского и Суздальского собственно и продолжается потомство, разделившееся на отдельные роды.

Разгневанный князь московский Василий Дмитриевич в 1393 году ходил к Нижнему Новгороду на Кирдяпу и его брата Семёна и, «выведя их, даде им град Шую». Пять поколений князей из рода Василия Кирдяпы владели городом, от названия которого и пошла их новая фамилия (первое упоминание в 1402 г.) В двух верстах от Шуи, на речках Мотовиловке и Сейке, находилось село Мельничное. Князья Шуйские имели здесь свой загородный дом. В селе Васильевском Шуйские содержали специальный охотничий двор. До XVII века Васильевское, расположенное на р. Матне, называлось Матниским станом. Утверждают, что новое имя село получило с тех пор, как сюда на соколинскую охоту стал выезжать Василий Иванович Шуйский.

Интересна вотчинная судьба села Дунилова, Бриц, Пупки. Все они в XVII веке вплоть до пересечения рода принадлежали побочной ветви князей Шуйских – Горбатых.

Глазатые (угасший род)

Ветвь этих суздальских князей заключает собственно 5 лиц с образователем – князем Александров Васильевичем Суздальским, прозванным Глазатый, современником Василия Тёмного (1451 г.). У него было 3 сына (князья XVIII колена): Борис Александрович, Дмитрий Александрович (имевший бездетного сына Фёдора Дмитриевича, прозванного Червлёный) и Иван Александрович Барбаша, образовавший особую ветвь Барбашиных (VII).

Горбатые (угасший род)

Младший (второй из пяти) брат Александра Васильевича Глазатого – Иван Васильевич, известный под прозванием Горбатого, сообщил эту фамильную кличку своему потомству, тянувшемуся с сохранением княжеского титула четыре поколения, да едва ли не продолжающемуся, под фамилию дворян Сусловых (?) и дальше.

У князя Ивана Васильевича Горбатого старший сын был Иван Иванович, ничем не отмеченный в сказаньях современников, а второй – Андрей Иванович был в Коломне, при сборе войска для отражения крымцев в 1493 году воеводою правой руки. Третий брат двух предыдущих – князь Борис Иванович в 1489 году в походе на Вятку был начальником судовой рати по Каме и новгородских походах 1492 – 1495 г.г. находился в свите Ивана III. Младший же их брат (четвёртый) Василий Иванович – как и Борис бездетный – был наместником в Новгороде перед самым возмущением (1471 г.). Задумывание отложиться к Литве граждане вольной державы наместника московского спровадили под присмотр в Заволочье, откуда удалось ему, однако счастливо воротиться.

Потомство Горбатых пошло от старшего и от второго сына Ивана Васильевича Горбатого, образовав, так сказать, две линии.

Старшая линия – от Ивана Ивановича – началась его четырьмя сыновьями (XIX колено):

1) Михаилом Ивановичем прозванием Лапа, бездетным, воеводою в походах юности Грозного;

2) Борисом, боярином Василия (1503 г.), умершим в Мстиславе, на должности воеводы большого полка (1547 г.);

3) Владимиром, боярином же 1550 г.;

4) Иваном, окольничим, в последний раз упоминаемым в полоцком походе (1550 г.), когда начало его подвигов относится к 1502 г.

У князя Бориса Ивановича Горбатого был сын Александр Борисович, начавший служебные отличия с похода 1538 г., по 1566 г. отличаясь усердием, но при имени его в 1566 г. стоит слово: «выбыл», означающее казнь, а не естественную смерть. Он оставил сына Петра, в 1573 году значившегося шестым в свите Грозного в Полоцке. Когда он умер – неизвестно, но потомство его не показывается.

У Ивана же Ивановича было только 2 бездетных сына – Дмитрий и Василий Ивановичи.

Младшая линия князей Горбатых от Бориса Ивановича началась шестью его сыновьями, из которых только один (второй) Андрей Сучек имел сына Ивана, внука Михаила Ивановича и правнука Фёдора Михайловича Сусло, на котором по родословию прекращается ветвь князей Горбатых-Суздальских.

Сыновья Бориса Ивановича были: Иван Большой Борисович, Андрей Борисович, Василий Борисович, Фёдор Борисович, прозванием Кузнец, убитый под Казанью (1552 г.), Данило Борисович и Иван Меньшой Борисович.

Андрей Борисович Сучек при Василии Ивановиче (1513 г.) был наместником в Нижнем Новгороде, с 1514 по 1520 г.г. ходил в полковых воеводах во все походы, 1520 г. был наместником в Вязьме, 1521 г. произведён в бояре и служил ещё при Грозном, участвуя при нём в походах – до полоцкого (1550г.)

Иван Борисович был в 1520 г. воеводою в Можайске, а в 1521 г. – наместником в Дорогобуже.

Князь Михаил Васильевич, прозванием Кислой, ещё в 1492 году действовал у Долгобужа против литовцев, в 1513 г. боярин, - участвовал во взятии Великих Лук и Смоленска, 1520 г. был наместником во Пскове и каждый год был затем при войсках до 1550 г., после которого уже не значится. Сын его Фёдор Михайлович, прозванием Сусло, начинал службу в походах 1549-50 г.г., считаясь есаулом при больших полках. Должно быть, его внуком (?) был Евгений Фёдорович, алексинский городской дворянин при Михаиле Фёдоровиче; сын же боярина Александра Борисовича – Пётр Александрович был с Грозным в полоцком походе 1573 года.

Известно, что в 1535 году князь Михаил Васильевич Горбатый-Шуйский завещал село Дунилово своей жене Анне. В Горицах у князей Горбатых-Шуйских был дворец, в котором они жили. При Николо-Шартомском монастыре (село Пупки) было родовое кладбище потомков суздальских князей Горбатых-Шуйских.

Согласно документам, с конца XV века в роду Шуйских и его параллельной ветви Скопиных-Шуйских принадлежали также в Шуйском округе (а, скорее всего, были возвращены вместе с городом после длительной опалы) сёла Кохма и Иваново.

Губка

По польским сказаниям будто бы в Литве и на Волыни до последнего времени продолжался род бежавшего в Литву при Грозном, князя Ивана Дмитриевича Губки.

Во-первых, показания польские трудно принять за несомненную истину, что нельзя поверить по коленам продолжения рода и дойти до того лица, от которого начинается потомство. Во-вторых, князьями, особенно в XVI и XVII веках, называли польские генеалогические рассказчики вовсе не князей, а что касается дворян, то фамилий Шуйских в Литве и Польше было несколько местного, а не русского происхождения; были даже из евреев.

В Польше будто бы потомство Губки – князья Шуйские делаются известными во второй половине XVII в., т.е. спустя больше столетия от удаления в Литву князя Ивана Дмитриевича. Очевидно, не сын и не внук даже этого лица могут считаться первыми из упоминаемых польскими сказаниями? Князьями (?) оказываются братья Константин и Ян-Александр, хорунжий Бржещанский, от брака с Ядвигою Кржевицкою, имевший дочь Анну за кастеляном минским, Станиславом Русецким, и сыновей: Владислава-Александра (умер в 1671 г.), Константина-Яна, писаря великого княжества Литовского, да князей Франциска и Василия. Первый из этих четырёх братьев – хорунжий бржещанский от брака с Юстиною Колензянской имел двух сыновей: Александра (умер в 1714 г.) и Франциска, бржещанского подстолия. Второй – князь Константин женат был 4 раза (на Бржозовской, Конопацкой, Людовике Сопега, умершей в 1687 г., и на вдове Карла Лужецкого – Анне Копчей).

Дети были у Константина от первого и четвёртого брака. От первого брака были у него: сын Доминик и 3 дочери (первая за Пацом, вторая за Оссолинским и третья за Александром Огинским) и от четвёртого брака – один сын Антоний, староста загальский. У Доминика Яновича было два сына: Николай и неизвестного имени, да 2 дочери (первая за Пепловским, другая – за Выжицким). Брат Яна-Александра – Константин имел трёх сыновей: Николая, убитого на войне, Стефана и двух сыновей, и двух дочерей отца (Юрия-Константина, умершего в 1692 г.): одну за Тризною, другую за Туром. Сыновья же его были: от первого брака (с Петронилою Менчинскою) – Онуфрий и от второго (с Зардецкою) – Франциск.

Скопины-Шуйские (угасший род)

Князей Скопиных-Шуйских было всего три лица мужского пола – бояре – и все женатые: сын Скопы – Федор Иванович (умер в 1557 г.), его сын – Василий Фёдорович (умер в 1595 г.), и его сын, правнук Скопы – Михаил Васильевич, родившийся в 1587 году и умерший, как думали от отравления 23 апреля 1610 года.

Сам Скопа, воевода Ивана III, боярин (1519 г.) Василия, командовал Большими полками в походах казанском и литовском. Фёдор Иванович Скопин является первым воеводою в Вязьме 1534 г. и затем в течение 24-х лет наряжается во все экспедиции и походы, в 1549 году произведённый в бояре. Сын его действовал больше при дворе, в 1577 году произведённый в бояре в очень молодых летах сравнительно со сверстниками. Его несколько раз посылали править Псковом, а при окончании карьеры – с 1593 г. – поручен был ему в управление Владимирский Судный Приказ. Сын его – знаменитый стратег – в дни юности возведён в сан великого мечника Лжедмитрием 18-ти лет отроду, в 16 лет – боярин (1603 г.). В 1609 году ему поручена была дядею защита отечества, и он вёл переговоры со шведами о вспомогательном войске, а когда оно прибыло – с ним и русскими силами очистил Приволжье и дошёл, поражая врагов, до Москвы, где нашёл безвременную кончину, оставив молодую супругу бездетною.

В Кохме у племянника царя Василия Ивановича князя М. В. Скопина-Шуйского были «собаки и псари со слугою своим» и «рога охотничьи». В Иваново Скопины-Шуйские обращались за услугами мельников.

Однако большей частью Шуйские старались держаться поближе к Москве, где у них была обширная усадьба, к великокняжескому двору, к дворцовым интригам, к власти. Ещё при Дмитрии Донском высшие должности занимали удельные князья. Характерна в этом смысле боевая роспись воевод перед Куликовской битвой 1380 г.: передовой полк - князь Долгорукий, полк правой – князь Белозерский, сторожевой полк – князь Полоцкий, засадный полк – князь Серпуховский, но большим полком командовал уже молодой боярин Тимофей Вильяминов. И в начале XV века ценилась только служба Московскому великому князю. Местничество (порядок замещения высших должностей в зависимости от знатности рода) давало перевес неудельным князьям, а тем, кто по хотению великого князя занимал более высокие места в войске или боярской думе.

Шуйские не сразу выдвинулись в войске на первые места в Московском государстве. В последних междоусобных феодальных войнах Шуйские были отнюдь не на стороне Василия Тёмного, и это не могло не сказаться на их положении. Только при Иване III в разрядных росписях в войне с Литвой 1492-94 г.г. появляется Василий Шуйский, командовавший полком правой руки в армии князя Даниила Дмитриевича Хоимского. Война шла успешно, и по миру к Москве отошла Вязьма. Вот этот Василий Васильевич, по прозвищу Немой, и занял первым из Шуйских видное место в боярской думе.

В 1500 г. началась новая война Москвы с Литвой, а в 1501 г. ещё с Ливонией. Василий Васильевич Шуйский с князем Даниилом Щенятевым действовал против ливонцев, но 27 августа 1501 г. у Серицы (около Изборска) московская рать была разбита и обращена в бегство. Летописец писал: «Навернула немцы на московская силу пушками и пищалями и бысть туча велика, грозна и страшна от стуку пушечного и пищального». Шуйский и Щетянев понадеялись на силу дворянской конницы и недооценили возросшей силы дворянской конницы и возросшей силы огнестрельного оружия. Но зато 24 ноября 1501 г. у Гельмета (около Дерпепа) московское войско под командованием князя Даниила Васильевича Щенятева и Василия Васильевича Шуйского (командовал передовым полком и был заместитель Щенятева) наголову разбило рыцарские полки великого магистра Вальтера фон Плеттенберга. Москвичи гнали рыцарей 10 вёрст. Любопытно, что ливонцы сами напали на русских ночью, но были отбиты, а затем разбиты. По миру с Литвой Московская Русь получила 19 городов (Гомель, Чернигов, Брянск, Путивль и др.).

В 1512 г. уже при Василии III началась новая война с Литвой (пятая по счёту). Командовал войском сам великий князь Василий, а фактически главный воевода большого полка князь Даниил Васильевич Щенятев, а В. В. Шуйский оказался в передовом полку вторым воеводою. Почему вторым? Это было следствие первого столкновения Шуйских с самодержавием. К неудовольствию великого князя, Василий Васильевич оказался среди тех, кто говорил о праве свободного отъезда в Литву.

В середине 20-х В. В. Шуйский вновь вызывает гнев на себя. Василий III был женат на Соломониде Юрьевне Сабуровой. Хотя невесту Василий выбирал из 1500 благородных девиц, представленных для сего ко двору, но брак оказался неудачным из-за «неплодия» великой княгини. С одобрения митрополита Даниила Василий III решился на развод. Соломония отчаянно сопротивлялась беззаконию, обвиняла самого супруга в мужской слабости. Её насильно, «угрожая не только словами, но и побоями», постригли и увезли в Суздаль, а Василий вскоре женился на юной красавице княжне Елене Васильевне Глинской (из литовского княжеского рода Гедемидовичей). Естественно, что первое место при дворе занял дядя великой княгини М. Л. Глинский. Это вызвало протесты со стороны московских князей и бояр. Василий Шуйский был среди недовольных. Но Василий III быстро разгромил оппозицию, а боярыню Берсеню-Беклемишеву за слова: «Которая земля представляет обычаи свои, и та земля недорого стоит», - отрубили голову. Шуйских великий князь тронуть не решился.

Только через 4 года после нового брака у Василия III родился сын Иван – будущий Иван Грозный и главный гонитель Шуйских. В 1533 г. великий князь опасно заболел. Чувствуя близкую кончину, он призвал на совещание близких людей, и в их числе были Василий Шуйский и брат его Иван. Опекунами трёхлетнего царя Ивана были назначены князья М. Л. Глинский и Д. Ф. Бельский. Но Василий Шуйский вошёл в совет 7 бояр, которому Василий III и поручил править государством до совершеннолетия царевича Ивана. Однако получилось так, что после смерти самодержавца власть в стране захватила его молодая жена Елена Васильевна Глинская – первая из женщин, правившая на Руси. Братья умершего царя были вероломно схвачены, закованы в цепи и брошены в тюрьму, где и скончались. Такая же судьба постигла и дядю правительницы – М. Л. Глинского. Первым боярином стал любовник правительницы молодой князь Иван Фёдорович Овчина-Телепнев-Оболенский. Именно в этот период репрессий бежали в Литву князь Семён Бельский и племянник В. В. Шуйского Иван Дмитриевич Шуйский-Губка.

От него пошла ветвь Шуйских в Литве и на Волыни (может, и теперь есть на Западе потомки князей Шуйских).

Пять лет жёстоко, с помощью террора правила Елена Глинская. Ненависти к боярам Иван IV, видимо, научился у неё. Как только Елена Глинская умерла (был слух, что её отравили), князь Иван Овчина-Оболенский был брошен в тюрьму, где и умер от голода. Началась борьба боярских групп за власть. Правителем государства стал В. В. Шуйский. Наконец-то Шуйские стали первыми в государстве. Но в том же году престарелый В. В. Шуйский умер. Заменивший его в роли главного вельможи брат Иван не имел той изворотливости ума и такого авторитета, которые были присущи В. В. Шуйскому.

Шуйский Иван выпустил из тюрем всех посаженных туда при Елене (в том числе претендента на престол – двоюродного брата Ивана IV князя Владимира Андреевича Старицкого). И тут клан Шуйских допустил роковую ошибку, не решившись, возвести на престол Владимира Старицкого вместо Ивана IV. При Владимире Старицком самодержавие было невозможно, т.к. он и его мать были рьяными сторонниками старых порядков. Помешало то, что бояре никак не могли поделить власть: одни стояли за Шуйских, другие – за Бельских-Гедеминовичей. В 1540 г. правителем государства стал Иван Фёдорович Бельский (младший брат Дмитрия Фёдоровича), но уже через год Иван Васильевич Шуйский поднял мятеж и при поддержке посадского люда захватил Кремль и возвратил своей «партии» старшинство в государстве. Конечно, эти перевороты никак не способствовали стабилизации положения в отечестве.

Вскоре Иван Васильевич умер, загодя передав власть своим ближним родственникам, трём Шуйским: князьям Ивану и Андрею Михайловичам и Фёдору Ивановичу Скопину. Но ненадолго. Будущий Иван IV люто ненавидел своих главных советников: и за то, что они жили в палатах отца, не стесняясь «разваливаться» на постели великого князя, довольно жёстко требовали от него, чтобы он учился, словом, за многое, за каждую мелочь. Когда у Ивана появился любимчик, Фёдор Семёнович Воронцов, то Шуйские прямо при нём бросались на фаворита с кулаками, «биша его по ланитам, платье на нём оборваша, вынесли из избы и убить хотеши». Воронцова сослали в Кострому. Случилось это 9 сентября 1543 г., а 29 декабря 1543 г. 13-тилетний Иван велел псарям царской охоты схватить князя Андрея Михайловича Шуйского и бросить его на растерзание диким зверям. Летописец писал: «от тех мест начали бояре от государя страх имети и послушание». Шуйские же говорили между собой об Иване: «Волчонок показывает зубы». Первым боярином стал возвращённый из ссылки Фёдор Воронцов. В эти годы юный Иван пытается предаваться диким потехам и отчаянно безобразничает («скачюще и бегающе всюду неблагочинно»). А бояре потакали диким забавам. Они, по словам Курбского, «начаща подущати его и мстити им свои недружбы един против другого». Объединить бояр Шуйским никак не удавалось.

Шуйским в это время было нелегко. Государева опала коснулась Фёдора Скопина, Петра Ивановича (сына Ивана Васильевича Шуйского), князя Горбатого… Где были остальные в эту пору – неясно… видимо, разосланы по своим поместьям. Последние тоже пострадали. Известен факт, что в 1548г. Иван Грозный пожаловал Шую дворянину Игнатию Васильевичу Голохвастову. Тогда же Шуйские, предполагают (документы не сохранились), потеряли из-под своего контроля сёла Кохму и Иваново.

Дела в Москве вершили без них. Глинским удалось обвинить Воронцова в связях с новгородскими изменниками (Грозному Ивану всю жизнь мерещилось, что Новгород изменяет ему…), и в 1546 г. Воронцову отрубили голову. Два года у власти находились Михаил и Юрий Глинские – родственники Ивана по матери. Но после восстания 1547 года Иван объявил себя совершеннолетним (в 17 лет) и принял царя (тогда ни одна держава не признала его в этом звании). Женитьба на Анастасии Романовне Романовой приблизили к трону бояр Романовых. Советниками царя становятся Алексей Фёдорович Ардашев (незнатный дворянин, служивший в дворцовой охране, ставший затем спальником, постельничьим и окольничьим, начальником челобитного приказа – первым судьёй), священник Благовещенского (домашнего) собора Сильвестр, митрополит Макарий и молодой воин князь Андрей Михайлович Курбский.

Хотя Шуйские были в оппозиции, но в неудачном походе на Казань в 1547 году большим полком командовал князь Александр Борисович Шуйский-Горбатый, а передовым полком – очень способный воевода… Пётр Иванович Шуйский. Во взятии Казани 1552 г. (2 октября) решающую роль сыграл отряд А. Б. Горбатого-Шуйского, а П. И. Шуйский командовал полком правой руки (ворвался в Казань через реку Казанку с севера). Шуйские в чести. За их спиной боярская Дума и московский посад, но царь про себя таит злобу на них и подозревает их во всех смертных грехах.

В марте 1553 г. Иван IV внезапно заболел. Ожидали его смерти. Сыну царя Дмитрию ещё и года не было. И вот тут-то возник в Думе «мятеж велик и шум и речи многия в всех боярах, а не хотят пеленочнику служить». Иван Андреевич Шуйский (сын ненавистного царю убитого им А. М. Шуйского) кричал: «Чем нам владети Романовым, а нам служити старому – князю Володимиру Ондреевичу (Старицкому)». Эх, как ждали Шуйские смерти князя-тирана.

Но Иван выздоровел, а вот его сын-малютка вскоре нелепо погиб: нянька уронила в воду. Шуйские пока уцелели, но в начавшейся войне 1554 г. со Швецией в списке воевод Шуйских нет: явный признак недоверия царя к этой семье.

Вскоре началась великая Ливонская война 1558-83 г.г., затянувшаяся на 25 лет. Царь начал эту «войну за море» вопреки совету боярской Думы вести войну за Крым. Нужда в способных военачальниках вынудила царя обратиться к Шуйским. В походе на Ригу 1560 г. мы видим П. И. Шуйского во главе полка правой руки (большой полк командовал И. Ф. Мстиславский, передовым – князь А. М. Курбский). Были взяты Мариенбург, Оденпе, Тарваст, Вольмар, Венден, разбит великий маршал фон Баль, штурмом московиты овладели Феллином, и сам великий магистр фон Фюрстенберг был взят в плен и умер в тюрьме. Результатом был распад Ливонии, столько лет державшей под прицелом Московскую Русь. Это был огромный успех.

Но войну Московии объявила Польша. В 1563 г. московское войско под командой П. И. Шуйского осуществило неожиданный рейд от Великих Лук и овладело Полоцком – это был самый крупный успех за всю войну. Князь П. И. Шуйский получил золотую гривну и позолоченный шестопер – очень редкую награду. Затем московские воеводы задумали сложный манёвр: от Вязьмы на Оригу шла рать князя Серебряного, а от Полоцка на Оригу – рать П. И. Шуйского; соединившись в Ориге, они должны были взять Минск. Но войско Шуйского двигалось без охранения, оружие и доспехи везли на санях в обозе – непростительная небрежность для опытного воеводы. В результате на русское войско напали отряды литовского гетмана Радзивила-Рыжего. Московская рать подверглась страшному разгрому, много было пленных. А главный воевода князь П. И. Шуйский был убит, тщетно пытаясь организовать хоть какое-то сопротивление.

Иван IV в ярости. А тут ещё князь Курбский, убоясь гнева царского, под покровом ночи по верёвке спустился с крепостной стены Дерпта и бежал в Литву. Как итог – 7 страшных лет опричнины, лютого террора с целью истребления изменников-бояр и утверждения своего полновластия. Одной из первых жертв был доблестный воевода князь А. Б. Горбатый-Шуйский – за дружбу с Курбским ему отрубили голову на Москве-реке. Казнён был и его 15-тилетний сын Иван. Трудно описать все зверские, поистине садистские казни: одному поднесли кубок с ядом на пиру, другому царь лично вонзил в груди кинжал, третьего поджарили заживо на большой железной сковородке, четвёртого бросили живым в котёл с кипятком, пятого порубили на части. Жуткому погрому подвергли Новгород, Тверь, Клин, Торжок.

К концу правления Ивана Грозного среди Шуйских за старших было 3. Андрей Иванович – внук Андрея Шуйского, казнённого во время Иоановской юности, и старший из пяти братьев, один из которых – Василий, впоследствии станет царём; Иван Петрович – сын прославленного полководца и сам уже успевший прославиться в ратных делах; и Василий Фёдорович Скопин-Шуйский. За подвиги и доблесть, проявленные Иваном Петровичем при 5-тимесячной обороне Пскова от войск Стефана Батория, ему в 1582 году Иван Грозный пожаловал вотчину Кинешму. До этого она вместе с Лухом и Вичугой в течение нескольких десятилетий принадлежала князьям Бельским (Иван III подарил за отъезд из Литвы в Московское подданство). С падением знаменитого Ивана Фёдоровича Бельского указанные селения перешли в царское владение. Недолго пришлось пользоваться Кинешмой новому хозяину…

Перед смертью Иван IV включил И. П. Шуйского в состав регентского совета. Но главную роль при царе Фёдоре Ивановиче играл царский шурин Б. Ф. Годунов. Между ним и Шуйским завязалась отчаянная борьба за власть. И опять посадские Москвы были на стороне Шуйских. Они подозревали Бориса Годунова в злом умысле на божьего помазанника. Поскольку царица Ирина была бесплодной много лет Шуйские и друзья их просили царя Фёдора «отпустити её во иноческий чин» и жениться на другой. «Благоюродивый» Фёдор категорически отказался. Вскоре по ложному доносу Шуйских объявили в измене. Андрея Ивановича, «отличного умом» как главного преступника сослали в Кареополь, а там тайно удавили. Спасителя Пскова, Ивана Петровича поначалу выслали в село Лопатницы, что по дороге из Суздаля на Шую, а затем перевезли в монастырь на Белоозеро и тоже удавили. Напрасно митрополит Дионисий «с великодушной смелостию торжественно, перед лицом Фёдора» пытался доказать, что «Шуйские и друзья их гибнут единственно за доброе намерение спасти Россию от алчного властолюбия Борисова».

Натерпелись страху и молодые Шуйские. Василий Иванович с братом Александром был заточен в Буйгородок. Ивана с Дмитрием отправили в Шую. В «Морозовском летописце» за горестный для семейства год сказано: «… и возводя гнев свой, Борис Годунов, на великих и славных бояр, рассылает их по городам в темницы, князя Дмитрия за князя Ивана в Шую, и повелел князя Ивана Ивановича в Шуй-городу в темнице Смирному Мамонтову убити». Но Ивана не убили, а братьев в тюрьмах долго не задержали.

Это Дмитрий «отличился», женившись на Екатерине Малютиной-Скуратовой – свояченице Бориса Годунова и дочери главного палача Ивана Грозного. В династическом смысле брак для Шуйских был позорным бесчестием, но, может быть, лишь он позволил им уцелеть. Спас положение и Василий Шуйский. Осторожный и хитрый политик, он притворился поклонником Бориса Годунова, одновременно науськивая на него бояр и простой люд московский. Когда в Угличе 15 мая 1591 года погиб при довольно туманных обстоятельствах царевич Дмитрий – сын Ивана Грозного от седьмой жены и единственный наследник после бездетного царя Фёдора, то во главе следственной комиссии был поставлен князь Василий Иванович Шуйский. Он должен был символизировать беспристрастие суда. Но с ним отправились в Углич преданные Годунову окольничий А. П. Клегин и дьяк Е. Вылузин.

История эта очень тёмная, о гибели царевича Дмитрия историки яростно спорят до сих пор. Что это было – нечаянное самоубийство в приступе падучей (эпилепсии) или злодейское убийство?

Кому выгодна была эта смерть? Борису Годунову, загодя примерявшему себе корону венценосца после бездетного, безвольного и болезненного царя? Комиссия Шуйского, однако, нашла, что убийства не было, а царевич в припадке болезни сам «набросился на нож». Неясностей в этом деле много: почему-то не допросили саму опальную царицу Марию Нагую и ещё некоторых свидетелей, в частности, пономаря, видевшего всё произошедшее с колокольни, не нашли ножичек, которым тешился царевич, или нож, которым он, возможно, был убит… Сам Василий Шуйский раз семь менял свои показания: где он врал, где нет – установить теперь невозможно.

Народная молва, а затем видные историки Карамзин, Пушкин, Щербатов, Соловьёв и другие будут много и убедительно говорить о причастности Бориса Годунова к смерти царевича Дмитрия. Но, возможно, Василий Шуйский, первый и единственный, кто подумал, что главным действующим лицом за «злодеянием» в Угличе был не Борис, а Фёдор Иоанович. Кто-кто, а Шуйский хорошо знал, что значит пойти против желания обычно слабохарактерного Фёдора – без одобрения царя кто бы в своё время пошёл тронуть хоть волос с его родственников? Вспомнил тут Шуйский о пугающей всех бояр любви Фёдора к забаве по праздникам – бою мужиков с голодным медведем; как однажды царь в приступе гнева обломал палку о разлюбезного шурина…

Да и чего ради Годунову было рисковать головой, если он точно знал, что у бездетного доселе царя в ближайшее время должен появиться наследник (и появилась 14 июня, или меньше чем через месяц после обычного происшествия, царица Ирина родила ко всеобщему веселию дочь Феодосию). Но вот, что слаб здоровьем был Фёдор – это верно. Это видели все. Недуг не мог заставить Фёдора взять грех на себя (плакал потом часто), чтобы обеспечить спокойное престолонаследие для своей крошки. Однако всего несколько месяцев прожила малютка. В 1598 г. не стало и Федора.

В период междуцарствия Шуйские остались в стороне от борьбы за власть, по-видимому, Василий Шуйский понимал, что реальная власть в руках Бориса Годунова, а вот Фёдор Романов даже с ножом бросился на Годунова, а Богдан Бельский пытался захватить Кремль. Итог был таков: Борис Годунов был избран царём на Земском соборе, Фёдора Романова насильно подстригли в монахи, Бориса Бельского сослали, а трое братьев Фёдора (Романовых) умерли в тюрьме. Василий Шуйский получил от Годунова боярский чин.

Вскоре возник слух, что царевич Дмитрий жив, что зарезали в Угличе кого-то другого. Самозванец объявился в Польше. На лобном месте Василий Шуйский всенародно клялся, что лично видел в Угличе мёртвого царевича, но тайно говорил совсем другое: сто показали ему в Угличе убитого мальчика, но Дмитрий ли то был – того он не ведает.

Между тем Лжедмитрий собрал войско и двинулся на Москву. У Новгорода Северского он разбил отряд Ф. И. Мстиславского и Д. И. Шуйского. Главное сражение произошло 21 января 1605 г. при Добрыничах – здесь Ф. И. Мстиславский и второй воевода В. И. Шуйский нанесли войску самозванца полное поражение, но… преследовали его всего 8 вёрст. Державу сотрясла крестьянская война. И всё же едва ли бы самозванец победил, но 13 апреля 1605 года царь Борис Годунов внезапно умер от аполексического удара. Его сын Фёдор II продержался всего 47 дней. Мать его Марию Скуратову москвичи ненавидели. Чтобы успокоить народ Василий Шуйский снова клялся на лобном месте, что сам уложил царевича Дмитрия в гроб. Города один за другим сдавались самозванцу без боя. Тот же лукавый Василий Шуйский организовал заговор против 16-тилетнего царя и говорил: «Неужели будем подчиняться годуновскому отродью?!». Наконец и главный воевода П. Басманов с армией перешёл на сторону самозванца. В Москве вспыхнуло восстание, молодого царя 7 июля 1605 г. «свели» в старый дом Годунова, где через три дня царь и его мать были удовлетворены.

На московском престоле оказался удачный молодой безродный бродяга. Василий Шуйский был арестован, но из-за протестов бояр вскоре выпущен. Бесчинства поляков в Москве, женитьба Лжедмитрия на полячке – католичке Марине Мнишек вызвали бурное негодование москвичей. Василий Шуйский решил, что настал его час. Он всюду говорил, что на престоле «вор и расстрига», что «клялся он под угрозой». Шуйского выдали ободранного, но не отказавшегося, ни от одного своего слова под пытками, его привели на лобное место, и уже голова его была на плахе и топор палача занесён… и в этот момент из дворца прискакал гонец: царь помиловал Шуйского, заменил казнь ссылкой в Галицкие пределы, а через полгода и вообще простил. Едва вернувшись в Москву, Василий Шуйский стал главою нового заговора против Лжедмитрия. Поступки Шуйского мало вяжутся с тем привычным образом, какой в его лице создали исподтишка, драматурги. Не трусливой, ехидной, кусающей исподтишка, а смелым ратным бойцом выглядит Василий Иванович Шуйский – во многих действиях. Даже плаха его не сломила.

И вот 17 мая 1606 г. в Москве вспыхнуло давно ожидаемое восстание. Лжедмитрий был свергнут и убит. Вели на штурм дворца Василий Шуйский и Василий Голицин. Шуйский снова целовал крест, клянясь, что на престоле самозванец. Он заявил, что царевич Дмитрий в Угличе не сам зарезался в падучей, а был убит агентами Бориса Годунова. Может, тут он был прав? Пришлось каяться и Марфе Нагой – седьмой жене Грозного, матери убиенного царевича, признавшего ложно в бродяге своего сына. А через 8 дней на Красной площади Василий Иванович был «выкрикнут» из толпы царём, а ещё и через 6 дней был коронован.

Свершилась давная заветная мечта Шуйских: сесть на Московский престол. Новому царю пришлось лавировать, угождать всем. В результате он не угодил никому. На Москву двинулся Иван болотников, «воевода спасшегося царевича Дмитрия». Рязанские дворяне во главе с Истомой Пашковым присоединились к нему. В Путивле объявился Лжепётр – мнимый сын царя Фёдора Иоановича, а на деле атаман Илья Горчаков.

Многие города не признавали власти Василия Шуйского. Разбитый у Москвы Болотников отошёл к Калуге, потом к Туле, когда пришёл с казаками Лжепётр, Василий Шуйский лично повёл армию на осаду Тулы. Через 3 месяца Тула сдалась. Лжепетра повесили, а Болотникова сослали в Каргополь, где ослепили и утопили.

Но успокоения не наступило. В октябре 1607 г. сдалась Тула, а в июле в Стародубе объявился Лжедмитрий II. С польскими отрядами он шёл на помощь Болотникову, но опоздал на 7 дней. У Болхова был разбит бездарный воевода – брат царя Дмитрий Шуйский. Второй самозванец расположился лагерем в селе Тушино и получил прозвище Тушинского вора. Польские отряды Лисовского, Санеги, Хмелёвского и других панов разбрелись по Руси, всюду жгли, грабили и убивали. Наступило на Руси смутное время. Василий Шуйский в этих условиях совершил роковую ошибку – обратился за помощью к Швеции. Шведы прислали отряд наёмников воеводы Депагарди. Узнав об этом, воевавшая со Швецией Польша начала открытую интервенцию против России. Король Сигизмунд III осадил Смоленск. Молодой способный полководец М. Б. Скопин-Шуйский освободил Москву от осады (12 марта 1610 г.), но вскоре (23 апреля того же года) внезапно умер. Царь мирволил к племяннику, и говорили, что юноша из зависти был отравлен женой Дмитрия Шуйского.

Войска против повёл нелюбимый народом Дмитрий Шуйский и у села Клушино был разгромлен (24.06.1610). Ни одного сражения не выиграл горе-полководец брат царя…

Положение Василия Шуйского стало безнадёжным. К народной войне с интервентами он не решился призвать. В результате 17 июля 1610 года группа бояр-предателей свела неудачника, но как никогда прежде «достойного монаршего сана» за свой патриотизм с престола. Василия Шуйского и его молодую супругу Марию в девичестве Буйносову-Ростовскую насильно подстригли. Василия под именем инока Варлаама поместили в Чудовский монастырь, а несчастную царицу Марию отправили вслед за Соломонией – в Суздальский Покровский монастырь. Государем до созыва Земского собора стала управлять «Семибоярщина». Не желая победы Лжедмитрия II, бояре призвали на царство польского королевича Владислава и впустили в Москву войско польское коронного гетмана Станислава Жолкевского. К королю Польши из Москвы было отправлено посольство – просить, чтоб отпустил Владислава на царство и окончил войну. Король же требовал сдачи Смоленска.

Сюда, под стены осаждённого древнего русского города и был доставлен Василий Шуйский. Это Жолковский, отъезжая в Польшу, решил забрать с собой и бывшего царя с братьями – как небывалый военный трофей, которым потом «его величество… мог воспользоваться… смотря по обстоятельствам». Но унижение московского царя разыграть не удалось. Стоя перед королём, на все требования поклониться «победителю» отвечал: «Не довлет московскому царю поклоняться королю. То судьбами есть праведными батьими, что привезён я в плен. Не вашими руками взят бык, но от московских изменников, от своих рабов отдан бык». Знаток законов и дипломатии, Шуйский прекрасно понимал, что его пленение поляками – акт незаконный.

В Польше Василий Шуйский сидел в каменном мешке, терпел нужду, издевательства, но упрямо считал себя московским царём и отказывал в этом праве королю. Физические, а ещё более нравственные мучения заключения привели к быстрой смерти старших братьев. 12 сентября 1612 г. умер Василий Шуйский, а 5 дней спустя, так же в плену, скончался Дмитрий.

На Руси род угас, но к нему выводил происхождение существующий и в настоящее время польский род Шуйских, не использовавший княжеский титул.

Происхождение рода

Князья Шуйские , старшая ветвь

Младшие ветви

Шуйскими также называли потомков Симеона, младшего брата Василия Кирдяпы:

Семён Дмитриевич
- Василий Семёнович Шуйский
  - Александр Шуйский Глазатый -> Глазатые-Шуйские , Барбашины
  - Иван Шуйский Горбатый -> Горбатые-Шуйские
  - Роман Шуйский
  - Андрей Шуйский Лугвица
  - Борис Шуйский

Младшая ветвь Шуйских менее активно принимала участие в истории страны, и её представители менее известны.

Польская ветвь

Один из представителей старшей ветви, Иван Дмитриевич Губка , около 1536 года бежал в Литву . К нему выводили польский род Шуйских, представители которого не использовали княжеский титул. К данному роду принадлежал, в частности, Юзеф Шуйский (1835-1883) - польский политический деятель, учёный и писатель, ректор Ягеллонского университета , генеральный секретарь Польской академии знаний .

Последний представитель этой ветви по мужской линии - Пётр Шуйский (польск. Piotr Szuyski ) родился в 1943 году .

Некоторые представители

князь Андрей Михайлович Шуйский Честокол (умер в 1543) - русский государственный деятель.
Василий Шуйский (умер в 1612) - русский царь c 1606 по 1610.
князь Василий Васильевич Шуйский Бледный (втор. пол. XV в.) - русский военный и государственный деятель.
князь Василий Фёдорович Шуйский - сын князя Фёдора Юрьевича Шуйского .
князь Василий Юрьевич Шуйский (умер в 1448) - сын первого удельного князя шуйского Юрия Васильевича
князь Дмитрий Иванович Шуйский (умер в 1612) - русский военный деятель Смутного времени. Сын Ивана Андреевича Шуйского.
князь Иван Андреевич Шуйский (1533-1573) - русский государственный и военный деятель.
князь Иван Васильевич Шуйский (умер в 1542) - русский военный и государственный деятель.
князь Иван Васильевич Большой Шуйский Скопа - сын князя Василия Васильевича Шуйского Бледного.
князь Князь Иван Михайлович Шуйский Плетень (умер в 1559) - русский военный деятель.
князь Иван Петрович Шуйский (умер в 1587) - русский военный и государственный деятель, сын героя Ливонской войны Петра Ивановича Шуйского.
князь Михаил Васильевич Шуйский - русский государственный и военный деятель. Сын князя Василия Юрьевича Шуйского.
князь Пётр Иванович Шуйский (погиб в 1564) - русский военный и государственный деятель, сын Ивана Васильевича Шуйского.
князь Фёдор Юрьевич Шуйский (умер в 1476) - сын первого удельного князя шуйского Юрия Васильевича.

См. также

Напишите отзыв о статье "Шуйские"

Примечания

Литература

Долгоруков П. В. Российская родословная книга . - СПб. : Тип. Карла Вингебера, 1854. - Т. 1. - С. 231.
История родов русского дворянства: В 2 кн. / авт.-сост. П. Н. Петров . - М .: Современник; Лексика, 1991. - Т. 1. - С. 229-232. - 50 000 экз. - ISBN 5-270-01513-7 .
// Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). - СПб. , 1890-1907.
Абрамович Г. В. Князья Шуйские и Российский трон / Г. В. Абрамович(†); Рецензенты: канд. ист. наук В. М. Воробьёв, д-р ист. наук В. М. Панеях , д-р ист. наук Р. Г. Скрынников ; Ленинградский государственный университет . - Л. : Изд-во ЛГУ, 1991. - 192 с. - 50 000 экз. - ISBN 5-288-00605-9 . (обл.)

Отрывок, характеризующий Шуйские

Во первых, женитьба была не блестящая в отношении родства, богатства и знатности. Во вторых, князь Андрей был не первой молодости и слаб здоровьем (старик особенно налегал на это), а она была очень молода. В третьих, был сын, которого жалко было отдать девчонке. В четвертых, наконец, – сказал отец, насмешливо глядя на сына, – я тебя прошу, отложи дело на год, съезди за границу, полечись, сыщи, как ты и хочешь, немца, для князя Николая, и потом, ежели уж любовь, страсть, упрямство, что хочешь, так велики, тогда женись.
– И это последнее мое слово, знай, последнее… – кончил князь таким тоном, которым показывал, что ничто не заставит его изменить свое решение.
Князь Андрей ясно видел, что старик надеялся, что чувство его или его будущей невесты не выдержит испытания года, или что он сам, старый князь, умрет к этому времени, и решил исполнить волю отца: сделать предложение и отложить свадьбу на год.
Через три недели после своего последнего вечера у Ростовых, князь Андрей вернулся в Петербург.

На другой день после своего объяснения с матерью, Наташа ждала целый день Болконского, но он не приехал. На другой, на третий день было то же самое. Пьер также не приезжал, и Наташа, не зная того, что князь Андрей уехал к отцу, не могла себе объяснить его отсутствия.
Так прошли три недели. Наташа никуда не хотела выезжать и как тень, праздная и унылая, ходила по комнатам, вечером тайно от всех плакала и не являлась по вечерам к матери. Она беспрестанно краснела и раздражалась. Ей казалось, что все знают о ее разочаровании, смеются и жалеют о ней. При всей силе внутреннего горя, это тщеславное горе усиливало ее несчастие.
Однажды она пришла к графине, хотела что то сказать ей, и вдруг заплакала. Слезы ее были слезы обиженного ребенка, который сам не знает, за что он наказан.
Графиня стала успокоивать Наташу. Наташа, вслушивавшаяся сначала в слова матери, вдруг прервала ее:
– Перестаньте, мама, я и не думаю, и не хочу думать! Так, поездил и перестал, и перестал…
Голос ее задрожал, она чуть не заплакала, но оправилась и спокойно продолжала: – И совсем я не хочу выходить замуж. И я его боюсь; я теперь совсем, совсем, успокоилась…
На другой день после этого разговора Наташа надела то старое платье, которое было ей особенно известно за доставляемую им по утрам веселость, и с утра начала тот свой прежний образ жизни, от которого она отстала после бала. Она, напившись чаю, пошла в залу, которую она особенно любила за сильный резонанс, и начала петь свои солфеджи (упражнения пения). Окончив первый урок, она остановилась на середине залы и повторила одну музыкальную фразу, особенно понравившуюся ей. Она прислушалась радостно к той (как будто неожиданной для нее) прелести, с которой эти звуки переливаясь наполнили всю пустоту залы и медленно замерли, и ей вдруг стало весело. «Что об этом думать много и так хорошо», сказала она себе и стала взад и вперед ходить по зале, ступая не простыми шагами по звонкому паркету, но на всяком шагу переступая с каблучка (на ней были новые, любимые башмаки) на носок, и так же радостно, как и к звукам своего голоса прислушиваясь к этому мерному топоту каблучка и поскрипыванью носка. Проходя мимо зеркала, она заглянула в него. – «Вот она я!» как будто говорило выражение ее лица при виде себя. – «Ну, и хорошо. И никого мне не нужно».
Лакей хотел войти, чтобы убрать что то в зале, но она не пустила его, опять затворив за ним дверь, и продолжала свою прогулку. Она возвратилась в это утро опять к своему любимому состоянию любви к себе и восхищения перед собою. – «Что за прелесть эта Наташа!» сказала она опять про себя словами какого то третьего, собирательного, мужского лица. – «Хороша, голос, молода, и никому она не мешает, оставьте только ее в покое». Но сколько бы ни оставляли ее в покое, она уже не могла быть покойна и тотчас же почувствовала это.
В передней отворилась дверь подъезда, кто то спросил: дома ли? и послышались чьи то шаги. Наташа смотрелась в зеркало, но она не видала себя. Она слушала звуки в передней. Когда она увидала себя, лицо ее было бледно. Это был он. Она это верно знала, хотя чуть слышала звук его голоса из затворенных дверей.
Наташа, бледная и испуганная, вбежала в гостиную.
– Мама, Болконский приехал! – сказала она. – Мама, это ужасно, это несносно! – Я не хочу… мучиться! Что же мне делать?…
Еще графиня не успела ответить ей, как князь Андрей с тревожным и серьезным лицом вошел в гостиную. Как только он увидал Наташу, лицо его просияло. Он поцеловал руку графини и Наташи и сел подле дивана.
– Давно уже мы не имели удовольствия… – начала было графиня, но князь Андрей перебил ее, отвечая на ее вопрос и очевидно торопясь сказать то, что ему было нужно.
– Я не был у вас всё это время, потому что был у отца: мне нужно было переговорить с ним о весьма важном деле. Я вчера ночью только вернулся, – сказал он, взглянув на Наташу. – Мне нужно переговорить с вами, графиня, – прибавил он после минутного молчания.
Графиня, тяжело вздохнув, опустила глаза.
– Я к вашим услугам, – проговорила она.
Наташа знала, что ей надо уйти, но она не могла этого сделать: что то сжимало ей горло, и она неучтиво, прямо, открытыми глазами смотрела на князя Андрея.
«Сейчас? Сию минуту!… Нет, это не может быть!» думала она.
Он опять взглянул на нее, и этот взгляд убедил ее в том, что она не ошиблась. – Да, сейчас, сию минуту решалась ее судьба.

КНЯЗЬЯ ШУЙСКИЕ

Со смертью сыновей Ивана Грозного прекратилась и царская династия Рюриковичей. Но рассмотрев генеалогию московских, тверских и суздальских князей, мы оставили в стороне многочисленных потомков удельных князей, также имевших своими предками первых Рюриковичей. Некоторые из княжеских ветвей оказались «выморочными», не оставили потомства по мужской линии, другие сошли с политической арены, хотя отдельные княжеские фамилии имеют своих представителей даже в наше время.

В княжествах Северо-Восточной Руси правили потомки Всеволода Большое Гнездо: от его сына Константина пошли князья ростовские, белозерские, ярославские, углицкие, от Ивана Всеволодича - стародубские, от Святослава Всеволодича - князья Юрьева-Польского.

Постоянно находился в самой гуще политической жизни род князей Шуйских. Первым носил это прозвание князь Юрий Васильевич, сын Василия Кирдяпы из суздальских князей (см. табл. 10). Познакомимся с наиболее известными представителями этого рода.

Иван Михайлович (гг. рождения и смерти неизвестны). Воевода, дипломат, боярин. Неоднократно (в 1528 и 1533 гг. - несомненно) предпринимал попытки «отъехать» от Василия III, а затем от его наследника к Юрию Дмитровскому, за что подвергался опале. В 1533 г. во время болезни Ивана IV отказался присягать его сыну Дмитрию.

Андрей Михайлович (ум. в 1543 г.). Брат Ивана Шуйского. Также намеревался «отъехать» к Юрию Дмитровскому, после смерти Василия III по приказу Елены Глинской подвергнут заключению и освобожден после ее смерти. Был воеводой в Пскове, проявив себя как жестокий и алчный администратор. Вернувшись в Москву, возглавил борьбу за влияние при дворе. В сентябре Шуйским и его единомышленниками был избит любимец Ивана IV Федор Воронцов, а 29 декабря великий князь (вернее, стоявшие за ним силы), обвинив Шуйских в том, что они «безчиние и самовольство чинят», «велел его предати псарям, и псари взяша и убиша его»; всесильный временщик «лежал наг в воротех два часа».

Василий Васильевич Немой (ум. в 1539 г.). Внук Федора Юрьевича Шуйского. Упоминается в источниках с 1500 г., был новгородским наместником, воевал в Ливонии, одержав там несколько побед. В годы великого княжения Василия III получил боярский чин, возглавлял войска в сражениях на западных границах в 1507, 1508 и 1512 г. После возвращения Русскому государству Смоленска был посажен там воеводой, жестоко расправился со смоленскими боярами, вознамерившимися вновь перейти на сторону поляков. Во время похода 1523 г. к Казани основал крепость Васильсурск. Василий Шуйский был очень близок к великому князю Василию III, вместе с М. Ю. Захарьиным и М. С. Воронцовым участвовал в совете у постели умирающего великого князя. В период правления Елены Глинской Василий Васильевич был оттеснен фаворитом регентши И. Ф. Телепневым-Оболенским. Но после ее смерти (молва допускала, что она была отравлена боярами) Василий и его брат Иван добиваются ведущего положения при малолетнем великом князе: Телепнев-Оболенский казнен, их основной соперник Иван Вельский «посажен за сторожи». Брак пожилого боярина с юной двоюродной сестрой Ивана IV должен был еще более укрепить положение Шуйского. Но в 1539 г. Шуйский умирает.

Иван Васильевич (ум. в 1542 г.). Брат Василия Васильевича. Был воеводой, наместником Пскова. В 1520-1523 гг. - наместник в Смоленске. В последующие годы он оказывается весьма близким к великому князю, присутствует на совещаниях у ложа умирающего Василия III. Особенно возросло влияние Шуйского в детские годы Ивана IV. В письме к Курбскому царь вспоминает об этом времени: «Припомню одно: бывало, играем мы (Иван и его младший брат Юрий. - О. Г.) в детские игры, а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке, опершись локтем о постель нашего отца и положив ногу на стул, а на нас и не взглянет - ни как родитель, ни как опекун...» (в переводе).

В 1540 г. всевластию Шуйских, казалось бы, пришел конец: великий князь Шуйского «от себя отослал, а при себе велел быть боярину своему князю Ивану Федоровичу Бельскому». Шуйский был отправлен во Владимир «для бережения от казанских людей», но оттуда с помощью своих московских единомышленников подготовил заговор против Бельских и сверг их в январе 1542 г. В мае того же года Иван Васильевич Шуйский умер.

Иван Петрович Шуйский (ум. в 1587 т.). Видный военный и государственный деятель, внук Ивана Васильевича. Был участником многих походов, воеводой в Кашире и Серпухове. Во время нашествия на Москву крымцев под предводительством хана Девлет-Гирея в 1571 г. безуспешно пытался остановить 120-тысячное войско. С 1577 г. боярин. Лично руководил героической обороной Пскова в 1581 г., во время осады его польским королем Стефаном Баторием. После снятия осады еще два года воеводствовал в Пскове, затем переехал в Москву и был введен Иваном Грозным в состав думы, образованной для ведения дел при слабоумном наследнике - Федоре Ивановиче. Иван Петрович вел непримиримую борьбу с фактическим правителем страны в годы царствования Федора Ивановича - Борисом Годуновым. В союзе с митрополитом Дионисием Шуйский попытался в 1586 г. добиться развода Федора с Ириной Годуновой, но Борис сумел удержаться у власти: Дионисий был сведен с митрополичьего престола, а Шуйский обвинен в измене и сослан. В Белоозере принявший схиму Шуйский неожиданно умер - угорел в своей келье. Есть основания полагать, что смерть его не была случайной.

Василии Иванович Шуйский (1552-1612). Внук Андрея Михайловича Шуйского, начал политическую карьеру еще при Грозном: в 1576 г. входил в свиту «Ивана Московского» в дни фиктивного правления Симеона (см. выше). В 1582-1583 гг. Шуйского постигли кратковременная опала, при Годунове в 1588 г. он был выслан в Галич и заточен, но затем возвращен. В 1591 г. Василий Иванович возглавлял комиссию, расследовавшую обстоятельства гибели царевича Дмитрия. Когда на московский престол сел Лжедмитрий, Шуйский за распространение сведений о смерти царевича был приговорюн к смертной казни. Помилование было объявлено, когда голова осужденного уже лежала на плахе. Возвращенный в Москву из ссылки Василий стал активно готовить заговор против Лжедмитрия. В мае 1606 г. самозванец был убит, а Василий Шуйский избран царем, причем подозрительно поспешно, «малыми некими от царских палат», т. е. небольшим числом сторонников.

Недолгое правление Шуйского прошло в постоянных войнах: то с Иваном Болотниковым и Истомой Пашковым, то с Лжедмитрием II. Царь не пользовался авторитетом, многие князья и бояре «отъехали» от него к Лжедмитрию II в Тушино. Шуйский начал переговоры с Польшей, надеясь ценой территориальных уступок выторговать столь необходимое ему перемирие. В 1610 г. положение Василия стало совсем безнадежным. Под Клушиным (возле Можайска) польский гетман Жолкевский разгромил русские войска под командованием брата царя - Дмитрия Шуйского. 17 июня 1610 г. заговорщики во главе с Захаром Ляпуновым свергли Василия Шуйского. Он был арестован и насильно пострижен в монахи. Пришедшее к власти боярское правительство пригласило на русский трон польского королевича Владислава. В Москву вступили польские войска. Шуйский был вывезен из монастыря, расстрижен и в мирской одежде вывезен в Польшу. Там он и умер в заточении в 1612 г.

Ист.: Из хронографа 1617 года // ПЛДР: Конец XVI- начало XVII века. С. 336-349; Шаховской Семен Иванович. Летописная книга // Там же. С. 358-427; Хворостинин Иван Андреевич. Словеса дней, и царей, и святителей московских // Там же. С. 428-463.

Лит.: Скрынников Р. Г. Смута в России в начале XVII в.: Иван Болотников. М., 1988 (см. также другие книги того же автора о «Смутном времени»).

Михаил Васильевич Скопин-Шуйский (1586-1610). Сын боярина В. Ф. Скопина-Шуйского, Михаил с ранних лет был приближен к царскому двору. Около 1604 г.. пожалован в стольники, при Лжедмитрии провозглашен «великим мечником». В правление Василия Шуйского, приходившегося ему дальним родственником (см. табл. 13), как воевода участвует в сражениях с Иваном Болотниковым. В 1608 г. в Новгороде ведет переговоры со шведами, обещавшими военную помощь Василию Шуйскому. Сам Скопин-Шуйский выступает из Новгорода в мае 1609 г., наносит поражение войскам сторонников Лжедмитрия II и в марте 1610 г. освобождает Москву от осады. Но в апреле Михаил Васильевич внезапно умирает. По слухам, он мог быть отравлен на пиру по поводу крестин у князя И. М. Воротынского своей кумой - женой Дмитрия Ивановича Шуйского. Причиной устранения Скопина-Шуйского (если отравление не было случайным) могла быть зависть бездарного полководца Дмитрия Шуйского: молодой воевода, одержавший ряд побед и освободивший Москву, приобрел в столице огромный авторитет.

Ист.: Писание о пленении и погребении князя Скопина-Шуйского // ПЛДР: Конец XVI- начало XVII века. С. 58-73.

Из книги Курс русской истории (Лекции I-XXXII) автора Ключевский Василий Осипович

Князья I. Первою из этих бытовых связей являются главные виновники политического раздробления Руси, сами князья, точнее говоря, то впечатление, какое производили они на Русскую землю своими владельческими отношениями. Очередной порядок владения, захватывая прямо или

Из книги Изгнание царей автора Носовский Глеб Владимирович

3.8. Князья Черкасские Сегодня история войны с Разиным крайне искажена и затемнена. Практически не осталось документов разинской стороны. Но даже то немногое, что уцелело, позволяет разглядеть грубые контуры истинной картины того времени. Приведем лишь одну цитату, в

автора

Князья Белёвские. Род князей Белёвских (город Белёв на реке Оке) пресекся в середине XVI века. Последний представитель этого рода князь Иван Иванович Белёвский был в 1558 году сослан по приказу Ивана Грозного в Вологду, где и скончался. Вотчины князей Белёвских перешли во

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Барятинские. Отрасль князей Мезецких - князья Барятинские (также Борятинские, их фамилия происходит от названия Барятинской волости на реке Клетоме в Мещовском уезде Калужской губернии) от сыновей их родоначальника Александра Андреевича, первого князя

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Мышецкие. Фамилия князей Мышецких происходит от названия их вотчины - Мышага, находившейся близ Тарусы. Княжна Евдокия Петровна Мышецкая в 1748 году вышла замуж за Алексея Афанасьевича Дьякова. От этого брака родилось несколько дочерей. На Марии Алексеевне

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Оболенские. Самым многочисленным среди всех родов, произошедших от черниговских Рюриковичей, является род князей Оболенских, насчитывающий не одну сотню представителей. Родовым гнездом Оболенских был город Оболенск, и родоначальник этой княжеской фамилии -

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Репнины. Одной из многочисленных ветвей рода князей Оболенских была и княжеская фамилия Репниных. Её представители, как и члены других древних дворянских семей, внесли вклад, прежде всего, в государственную и военную жизнь России. Один из Репниных - князь Михаил

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Долгоруковы. Ещё одно ответвление Оболенских «превратилось» в самостоятельную княжескую фамилию Долгоруковых. Родоначальник Долгоруковых (в XVII - XIX веках их именовали также Долгорукими) - князь Иван Андреевич Оболенский получил своё прозвище якобы за свою

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Шуйские. Князья Шуйские занимали при московском дворе одно из первых мест. Многие представители этого рода были связаны с Новгородом и Псковом. Так, князь Василий Васильевич Шуйский по прозвищу Гребёнка, внук младшего брата Василия Кирдяпы - Семёна Дмитриевича,

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Скопины-Шуйские. Этот небольшой род происходит от князя Ивана Васильевича Шуйского (сын князя Василия Васильевича Бледного, наместника в Пскове и в Нижнем Новгороде, двоюродный брат князей Ивана и Андрея Михайловичей Шуйских), носившего прозвище Скопа (так

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович

Князья Барбашины (Барбашины-Шуйские). О роде князей Барбашиных (ветвь князей Глазатых-Шуйских) следует упомянуть не столько потому, что его представители в XVI веке были воеводами, принимавшими участие в многочисленных войнах России, сколько из-за княжны Марии Васильевны

Из книги Фавориты правителей России автора Матюхина Юлия Алексеевна

Василий (1552 – 1612) и Дмитрий (1560 – 1612) Шуйские Старинные родословия показывают Шуйских верными слугами московских государей. Так, внук предка князей Шуйских, суздальского князя Юрия, Василий (Бледный) при московском князе Иване III был наместником во Пскове, а в 1478 – 1480 гг. –

автора Шокарев Сергей Юрьевич

Правообладатели российского трона. Князья Шуйские Князья Шуйские – вторая по старшинству линия Рюрикова рода после московских князей. Этот знатнейший род на протяжении XVI в. находился у подножия трона, и в начале XVII столетия его представитель достиг царского трона, но не

Из книги Тайны российской аристократии автора Шокарев Сергей Юрьевич

Князья Куракины и князья Курагины из «Войны и мира» Л. Н. Толстого Великая эпопея Л. Н. Толстого «Война и мир» уже давно рассматривается литературоведами и историками не только как выдающееся художественное произведение, но и как ценный исторический источник. Источник не

автора

ГЛАВА ПЕРВАЯ. Характер Фёдора, преемника Иоанна Грозного. - Разделение бояр на партии. - Дмитрий удаляется в Углич. - Замысел Бельского и восстание против него народа. - Шуйские. - Возвышение Годунова. - Шуйские действуют против него посредством Мстиславских -

Из книги Повесть о Борисе Годунове и Димитрии Самозванце [вычитано, современная орфография] автора Кулиш Пантелеймон Александрович

ГЛАВА ВТОРАЯ. Деятельность Годунова. - Учреждение в России патриаршества. - Шуйские и другие бояре действуют с Годуновым заодно. - Опасения их касательно воцарения Дмитрия Угличского. - Убиение Дмитрия. - Стремление Годунова к престолу. - Пожар в Москве. - Нашествие

Шуйские

Русский княжеский род, происходящий от князей Суздальских и от третьего сына великого князя Александра Ярославича Невского, великого князя Андрея Александровича. Внук великого князя Андрея, князь Василий Михайлович Суздальский (ум. 1309 г.) имел сына князя Константина Васильевича Суздальского (XV колена, ум. 1355 г.), от внуков которого, князей Василия и Семена Дмитриевичей Суздальских (XVII кол.), и произошли прямо князья Шуйские. Второй сын князя Василия Дмитриевича, князь Юрий Васильевич Шуйский , сделался родоначальником старшей линии Шуйских , сын же князя Семена Дмитриевича, князь Василий Семенович Шуйский (ум. 1403 г.), имел шесть сыновей - представителей младшей линии князей Шуйских , угасшей в XV веке. Представителями рода стали Шуйские старшей линии, потомки сыновей князя Юрия Васильевича , князей Василия и Феодора Юрьевичей Шуйских. С Московскими великими князьями, стремившимися к округлению своего удела и объединению под своей властью мелких княжеских уделов, Шуйские вступили в ожесточенную борьбу. Не будучи в состоянии бороться одними собственными силами с своего незначительного удела, Шуйские князья, старшие по родословцу сравнительно с князьями Московскими, происходившими от младшего сына великого князя Александра Невского, князя Даниила Александровича, удалились на север, на Двину и в Новгород, и там среди местных жителей старались организовать сопротивление Московским великим князьям. Только тогда, когда московские воеводы и московские ратные люди выбили их оттуда, Шуйские должны были уже в конце XV века сами сделаться слугами Московских великих князей. Разумеется, они быстро заняли одно из первенствующих мест в рядах московской родовой аристократии, как благодаря своему родословцу, так и потому, что они не служили ранее никому и подчинились Московским великим князьям не из двора какого-либо другого удельного князя. Уже при Иоанне III Шуйские находятся в войске и на воеводствах на первых местах, местничаться с ними решаются мало, да если и местничаются, то неудачно. Великий князь Василий Иванович не пытался уничтожить этого значения князей Шуйских сохранилось оно даже и в правление Елены Глинской, несмотря на влияние князя И. Ф. Оболенского-Телепнева, с которым, однако, Шуйские вступили в борьбу и которого они скоро уничтожили, заняв после этого первенствующее место в правлении в малолетство великого князя Иоанна Васильевича. Царь Иоанн Грозный, несмотря на неблагоприятное для Шуйских мнение о них, которое он вынес из своего детства, не решался обойтись с ними так жестоко, как он обходился с другими боярскими родами. Шуйские в это царствование вошли в состав опричнины, почти не потерпели убыли среди членов своей семьи и только один из них, князь Иван Дмитриевич , по прозванию Губка , отъехал в Литву и сделался там родоначальником новой, польской ветви Шуйских , утерявших со временем свой княжеский титул и существующей, хотя и без титула, до наших дней. Этот отъезд, вероятно, и вызвал целый ряд предосторожностей, принятых Иоанном Грозным для предупреждения отъезда членов рода: со всех выдающихся представителей рода были взяты поручные записи. Гораздо тяжелее для рода Шуйских было время Федора Иоанновича. В это царствование Шуйские вступили в ожесточенную борьбу с любимцем царя Борисом Годуновым, опиравшимся на целый ряд людей неродовитых, обязанных своим положением лишь личным достоинствам и выслуге и вследствие этого, разумеется, враждебно настроенных к знатным боярским родам, приверженным к партии Шуйских и естественно нерасположенным к молодым выскочкам, каким в сущности был и сам Годунов. Борьба эта кончилась очень печально для Шуйских : двое самых видных представителей фамилии, князья Андрей Иванович u Иван Петрович , погибли, остальные представители рода, сыновья князя Ивана Петровича, были заточены в отдаленных городах. Только в 1591 г. младшие представители рода на время примирились с Борисом, потом попытались бороться с ним только в 1598 году, при избрании царя на место умершего Феодора Иоанновича, но не успев и в этом, остались ждать более благоприятного случая для достижения принадлежавшей им, по их мнению, по праву власти. Власть эта досталась Шуйским только в 1606 г., после убиения Лжедимитрия, когда князь Василий Иванович Шуйский занял царский престол и немедленно же объявил во всеобщее сведение о своем праве на этот престол. Благодаря воцарению одного из представителей своего дома, Шуйские в период с 1606 г. по 1610 год пользовались неограниченной властью в государстве. После низложения царя Василия Шуйские естественно должны были казаться опасными, как представители еще сильного княжеского рода, и польская партия, получившая после них временно власть, разумеется, постаралась удалить их из Москвы и все Шуйские были отправлены в Польшу. Здесь, в Польше, и умерли два последних виднейших представителя Шуйских : бывший царь Василий и брат его князь Дмитрий Ивановичи. Последний представитель этого рода, князь Иван Иванович ) пережил падение и унижение своего рода и умер уже в 1638 г. в Москве, в боярском сане. С ним прекратился и род Шуйских. От главной линии Шуйских происходили и другие княжеские фамилии, князья Скопины-Шуйские , Глазатые-Шуйские , Барбашины u Горбатые-Шуйские. Первая из этих линий существовала параллельно с главной линией князей Шуйских пользовалась вместе с ними влиянием и прекратилась почти одновременно с ними, в начале XVII века.

Е. Лихач.

{Половцов}

Большая биографическая энциклопедия . 2009 .

Смотреть что такое "Шуйские" в других словарях:

ШУЙСКИЕ, боярский и княжеский род 15 17 вв., ветвь нижегородско суздальских князей. Родоначальник старшей линии Шуваловых сын Василия Дмитриевича Кирдяпы Юрий. От его двоюродного брата Василия Семёновича происходит младшая линия. Известны фамилии … Русская история

Князья и бояре 15 17 вв. Известны фамилии: Шуйские, Скопины Шуйские, Глазатые Шуйские, Барбашины Шуйские, Горбатые Шуйские. Играли важнейшую роль в политической жизни государства … Большой Энциклопедический словарь

Княжеский род, потомки суздальских князей. Принадлежат роду Рюриковичей. На протяжении всего правления на Руси московской линии Рюриковичей являлись следующей ветвью в очереди на престол, и в случае прекращения московской династии имели право на… … Википедия

Князья и бояре XV XVII вв. Известны фамилии: Шуйские, Скопины Шуйские, Глазатые Шуйские, Барбашины Шуйские, Горбатые Шуйские. Играли важнейшую роль в политической жизни российского государства. * * * ШУЙСКИЕ ШУЙСКИЕ, княжеский род в России 15 17… … Энциклопедический словарь

Княжеский и боярский род в России 15 17 вв., ветвь нижегородско суздальских князей (от сына Александра Невского (См. Александр Невский) Андрея). Родоначальником старшей линии Ш. был сын князя Василия Дмитриевича Кирдяпы князь Юрий.… … Большая советская энциклопедия

Княжеский и боярский род России 15 17 вв., ветвь нижегородско суздальских князей (потомков сына Александра Невского Андрея), давший уже в 15 в. неск. фамилий. До кон. 15 в. Ш. являлись служилыми князьями в Моск. вел. кн ве, а также др. гос.… … Советская историческая энциклопедия

Княжеский и боярский род, ветвь нижегородско суздальских князей (потомков сына Александра Невского Андрея). До конца XV в. были служилыми князьями, в том числе в Московском великом княжестве. С начала XVI в. играли значительную роль в… … Москва (энциклопедия)

Шуйские - ШУ́ЙСКИЕ, боярский и княжеский род 1517 вв., ветвь нижегородско суздальских князей. Родоначальник ст. линии Ш. сын Василия Дмитриевича Кирдяпы Юрий. От его двоюродного брата Василия Семёновича происходит мл.… … Биографический словарь

Шуйские русский дворянский род, восходящий к половине XVII века и записанный в VI часть родословной книги Гродненской губернии. Есть еще несколько родов Шуйских, более позднего происхождения … Биографический словарь

Шуйские угасший русский княжеский род, происходящий от суздальских князей и помещенный в Бархатную книгу (VIII, 34). У первого князя Шуйского, Юрия Васильевича, были три сына: Василий (умер в 1446 г.), Федор (умер в 1472 г.), воевода во Пскове… … Биографический словарь

Князья Шуйские.

Князья Шуйские занимали при московском дворе одно из первых мест. Многие представители этого рода были связаны с Новгородом и Псковом. Так, князь Василий Васильевич Шуйский по прозвищу Гребёнка, внук младшего брата Василия Кирдяпы - Семёна Дмитриевича, служил в Новгороде и даже командовал новгородскими войсками, сражавшихся против рати Василия Тёмного в 1456 году под Старой Руссой (битва завершилась победой москвичей). Гребёнка оставался в Новгороде до 1477 года, потом перешёл на службу к Ивану III. После присоединения Новгорода к Москве, в 1480-х годах московским наместником там был другой князь Шуйский - Василий Фёдорович, правнук Василия Кирдяпы. В 1490-е годы он наместничал в Пскове и возглавлял псковское войско в походах против Литвы и шведов. В Пскове он и умер в 1496 году.

Его сын князь Василий Васильевич Шуйский был видной военной и политической фигурой начала XVI века. За немногословность и сдержанность его прозвали Немым. Он и вправду не любил пускать слов на ветер, а предпочитал осторожные действия наверняка. Поэтому на военном поприще он не знал громких побед, зато избежал и громких поражений. Василий Васильевич участвовал в войнах с Литвой, наместничал в Новгороде, отражал набеги крымцев, в 1506 году получил боярский чин, а в 1519-м - звание владимирского наместника. Но в 1521 году после опустошительного нападения на Русь крымского хана Мухаммед-Гирея Шуйского постигла опала. В темнице он пробыл недолго и уже в 1523 году возглавил «судовую рать» (то есть войско, находившееся на кораблях, плывших по Волге) в казанском походе. Тогда же он построил крепость Васильсурск. Василий III, вероятно, настолько доверял оптыному воеводе, что назначил его одним из своих душеприказчиков - членов своеобразного опекунского совета при малолетнем сыне великого князя - будущем Иване Грозном. Василий Немой убедил сделать опекуном и своего младшего брата - князя Ивана. Но тут Шуйским пришлось столкнуться с честолюбием матери маленького Ивана Елены Глинской, не желавшей ни с кем делиться властью. Только после смерти Елены (её отравили и, возможно, не без участия братьев Шуйских) Василий сумел устранить всех своих политических противников и стать, по сути, полновправным хозяином положения. В июне 1538 году он даже женился на дочери крещёного татарского царевича Петра Анастасии, которая через свою мать доводилась племянницей Василию III, а значит, двоюродной сестрой Ивану Грозному. Таким образом, князь Шуйский породнился с великокняжеской семьёй и тем самым закрепил свой высокий политический статус. Но уже в ноябре того же 1538 года всесильный временщик скончался.

Брат Василия Немого Иван, воевода, а также псковский и смоленский наместник, умер в мае 1542 года. Он оставил по себе недобрую память у маленького Ивана Грозного: «Бывало, играем мы (с братом Юрием) в детские игры, а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке, опершись локтём на постель нашего отца и положив ногу на стул, а на нас и не взглянет - ни как родитель, ни как опекун...»

Любопытна судьба его сына - князя Петра (Гурия) Ивановича Шуйского. С юных лет он на воинской службе. Во время похода Ивана Грозного на Казань в 1552 году князь - один из пяти государевых воевод в крепости Свияжске, специально построенной, чтобы облегчить взятие столицы татарского ханства. Позднее Пётр Иванович успешно сражался в Ливонскую войну. В начальный её период, когда русскому оружию сопутствовала удача, князь Шуйский находился в самой гуще событий. В 1559 году вместе с воеводой князем Иваном Фёдоровичем Мстиславским он взял город Вильян (ныне Вильянди в Эстонии), захватив в плен орденского магистра. Отличился князь и при взятии Дерпта и Раковора, и при обороне Полоцка. Вскоре Иван Грозный направил его в глубь литовских земель. Здесь в январе 1564 года под Оршей на реке Уле воинские силы, которыми командовал Шуйский, внезапно атаковал неприятель. Русская рать была разбита, сам Пётр Иванович потерял в бою коня и едва спасся. Пешком он пришёл в одну из соседних деревень, но местные жители узнали в нём московского воеводу, ограбили и утопили в колодце. Тело князя потом было доставлено литовским военачальником князем Николаем Радзивиллом в Вильно, где с почестями захоронено в католическом костёле рядом с могилой жены короля Александра - Елены, дочери Ивана III.

Сын Петра Ивановича - князь Иван Петрович Шуйский обессмертил своё имя героической обороной Пскова от войск Стефана Батория в 1581 - 1582 годах, во время всё той же Ливонской войны, только на заключительном её этапе. Но и до этого он проявлял большие полководческие способности. В частности, в 1571 году Иван Петрович служил на южных окраинах России и предупредил Москву о нападении крымского хана Девлет-Гирея. А в следующем году именно на его сторожевой полк пришёлся мощный удар татарской конницы в стычке на Сенькином броде реки Оки. Шуйский с немалым трудом обратил крымцев в бегство, но не смог противостоять подошедшим основным силам хана, а потому отступил. Вскоре он бился с ордынцами при Молодях под началом Михаила Ивановича Воротынского.

На военные успехи Шуйского обратил внимание Иван Грозный, который направил воеводу на ливонский театр военных действий. Князь стал вторым наместником в Пскове, и на этом посту стяжал себе бессмертную славу, в течение пяти месяцев руководя защитой Пскова от войск Речи Посполитой и отбив 31 атаку противника. Одну из героических страниц этой удивительной эпопеи изобразил на своём превосходном полотне «Осада Пскова» великий Карл Брюллов. Шуйский и сражавшиеся под его началом псковичи действительно спасли честь России. Именно мужество защитников древней русской крепости заставило поляков пойти на мирные переговоры, завершившиеся заключением Ям-Запольского перемирия сроком на 10 лет. Это был конец Ливонской войны.

Незадолго до смерти Иван Грозный назначил Ивана Петровича опекуном своего сына Фёдора Иоанновича, вступившего на престол в 1584 году. Тут Ивану Петровичу пришлось столкнуться с шурином нового царя Борисом Годуновым, не стеснявшимся в средствах ради устранения своих конкурентов на пути к власти. Вместе с митрополитом Дионисием князь просил Фёдора расторгнуть бесплодный брак с сестрой Годунова Ириной, что означало бы падение и самого Бориса. Но Годунов упредил удар. В 1586 году Ивана Петровича выслали из столицы в глухой поволжский город Кинешму, а через два года перевезли в Кирилло-Белозерский монастырь. Там 16 ноября 1588 года прославленного героя отравили угарным газом в его монастырской келье. Так закончилась жизнь одного из самых выдающихся военачальников русского средневековья.

Трагический конец ожидал и многих князей Шуйских из другой, старшей ветви этого рода. Троюродные братья князя Василия Немого - Иван Михайлович Плетень и Андрей Михайлович Частокол (опять близкие по смыслу прозвания в одной семье) при Василии III дважды попадали в опалу. Вновь возвыситься им удалось благодаря положению своего знатного родственника. Иван в политические интриги не вмешивался, занимаясь в основном военными делами. Во многих походах он возглавлял большой полк - центральную часть русского войска. После своего венчания на царство в 1547 году Иван Грозный пожаловал князю высокое звание дворецкого (по сути, управлявшего Государевым двором). Но Шуйского влекла военная жизнь. Отважный воевода скончался в 1559 году.

А вот его брат Андрей, напротив, больше тяготел к придворной жизни. Он тоже побывал в опале, потом в Пскове на воеводстве успел зарекомендовать себя таким беззастенчивым стяжателем, что вскоре его отозвали в Москву. Здесь Андрей попытался прорваться на первые места при дворе, но его постигла неудача. Расплатой за близость к власти стала его жуткая смерть. Поводом послужило избиение соратниками Шуйского любимца Ивана Грозного - Фёдора Воронцова. В декабре 1543 года 13-летний Иван, по указке врагов клана Шуйских, приказал своим псарям за «безчиние и самовольство» убить князя Андрея. Это был первый смертный приговор будущего царя.

Такой конец Андрея Шуйского не мог не сказаться на жизни его семьи. Сыну Андрея Ивану, тогда ещё ребёнку, пришлось бежать из Москвы. Его спас верный воспитатель - «дядька». По семейным легендам, он увёз малолетнего князя на Белоозеро, где они прожили несколько лет. Кормились простым крестьянским трудом. Позднее во время богомолья царя Ивана в Троице-Сергиев монастырь верный слуга Шуйских бросился в ноги государю и вымолил прощение для своего подопечного. Так князь Иван Андреевич вернулся ко двору. Он стал боевым воеводой, достиг боярского чина, командовал полками во время Ливонской войны и погиб в 1573 году под стенами Ревеля (ныне Таллинн).

У Ивана Андреевича было несколько сыновей. Старшего, Андрея, извели в темнице по приказу Бориса Годунова летом 1589 года. Второй - Василий в 1606 году стал русским царём Василием Иоанновичем (свергнут в 1610 году), это был, таким образом, последний Рюрикович на московском престоле. Его брат Дмитрий - неудачливый полководец - проиграл битву полякам у села Клушино близ Можайска, тем самым открыв врагу путь на Москву. Когда Василия низложили, его вместе с Дмитрием и самым младшим братом Иваном выдали полякам. Шуйских привезли в Варшаву, где они как живые трофеи участвовали в триумфе, устроенном королём Сигизмундом III и польским гетманом Станиславом Жолкевским в конце октября 1611 года. В парадной зале королевского дворца бывшему русскому царю пришлось отвесить земной поклон правителю Речи Посполитой. Подобного унижения Россия не знала ни до, ни после Смутного времени. Потом братьев отправили в Гостынский замок, где Василий и Дмитрий умерли, как тогда говорили «нужной смертью». Иван же, носивший прозвище Пуговка, вернулся в Россию, когда окончательно завершилась война и состоялся обмен пленными. Царь Михаил Фёдорович Романов милостиво принял своего будущего свойственника, ведь Иван женился на княжне Марфе Владимировне Долгоруковой (её сестра Мария - первая супруга царя Михаила).

К слову сказать, Дмитрий Иванович был женат на Екатерине Григорьевне Скуратовой-Бельской, дочери опричного палача Малюты Скуратова и сестре жены Бориса Годунова, а царь Василий женился дважды: на княжне Елене Михайловне Репниной и второй раз, в 1608 году, - на княжне Екатерине Петровне Буйносовой-Ростовской. А на вдове старшего из братьев Шуйских Андрея женился князь Пётр Урусов, который в конце 1610 года убил Лжедмитрия II.

В чине боярина Иван - последний из братьев Шуйских - в царствование Михаила Фёдоровича даже руководил Московским судным приказом. Он умер в 1638 году, и с ним род князей Шуйских в России угас. А в Речи Посполитой он, по всей видимости, ещё продолжался, поскольку там жили потомки одного из князей Шуйских (Ивана Дмитриевича Губки), бежавшего в Литву ещё при Иване Грозном.

Из книги Курс русской истории (Лекции I-XXXII) автора Ключевский Василий Осипович

Из книги Изгнание царей автора Носовский Глеб Владимирович

автора

Из книги Рюриковичи. История династии автора Пчелов Евгений Владимирович