1860 год можно считать весьма замечательным в истории человечества, и если, в этом случае, Италии благоприятствовало то, что у людей называется счастьем, то нельзя не признать также, с другой стороны, прозорливости ее правящих лиц, рассудительности и решимости народа, самообладания партий и общего самоотверженного патриотизма. Все шло здесь, как в хорошо разученной пьесе: каждый знал свою роль, одна сцена разыгрывалась вслед за другой, постепенно развертывая цепь событий, олицетворявших собой идею итальянского национального государства. В 1848 году гордый лозунг: «L"Italia fara da se» был еще преждевременным; но теперь слова становились истиной. Прежде всего взялись за свое переустройство государства Средней Италии. Собственно низвержения тронов в Модене, Парме, Тоскане и не было: они рухнули сами собой. Так, например, великий герцог Тосканский выехал со своей супругой из Флоренции 27 апреля того года, не услышав вслед себе ни одного оскорбительного возгласа. Населения этих областей решились только не пускать обратно своих бывших владетелей; а кто из посторонних захотел бы или мог бы вмешаться в эти дела и силой восстановить здесь власть вассальных австрийских князей? Все происходило спокойно; созванные собрания выражали единодушно, без лишних декламаций и каких-либо насильственных действий, свое желание присоединиться к Пьемонту. Они образовали среднеитальянскую лигу, а так как никто не желал насильственного переворота, то пьемонтский уполномоченный, Буонкомпаньи, поселился во Флоренции в качестве временного генерал-губернатора этой лиги (21 декабря). С сентября к ней присоединилась уже и часть Церковной области: Романья. Здесь, на собрании народных представителей в Болоньи (7 сентября), было спокойно решено тоже примкнуть к Пьемонту - вследствие чего Антонелли послал пьемонтскому посланнику в Риме его паспортa.
Но духовные государственные деятели тщетно пытались воспротивиться закону исторической необходимости, возвещавшему смертный приговор последнему из церковных государств в Европе. Напрасно раздавались повсюду вопли и проклятия клерикальных партий, забавно воображавших и старавшихся уверить весь свет, что Церковная область составляла общее владение всего католического христианства. Император Наполеон III, вынужденный действовать очень осмотрительно, считался с национальным движением в Италии; косвенным образом, посредством одной брошюры (14 декабря), он подавал Пию IX совет ограничиться одним, так называемым, наследием Святого Петра, то есть Римом и его ближайшей окрестностью.
Папа не находил защиты ни в ком: предполагавшийся сначала конгресс держав не состоялся, как бесцельный; также не мог помочь ему Итальянский союз, согласно условий Цюрихского договора, и в тот самый день, когда папа довольно грубо выразил свое неудовольствие французскому императору, диктатор областей, входивших в лигу, Фарини, принял для них название «Королевских провинций Эмилии». В январе 1860 года во главе государственных дел снова стал Кавур, который составил итальянский кабинет из уроженцев различных частей страны, а 12 марта, с одобрения Наполеона, последовал плебисцит, по которому Эмилия и Тоскана громадным большинством голосов присуждались Сардинии. Свершилось это недаром: 24 марта Виктор Эммануил подписал договор, по которому Савойя и Ницца, то есть около 240 квадратных миль с 800 000 жителей, отходили к Франции. 22 апреля последовало народное решение и здесь; 29 мая туринский парламент утвердил эту уступку земли 229 голосами против 56. Дело было необходимо и приносимая тому жертва умеренна.
Так был разрешен «среднеитальянский» вопрос. Туринский парламент, открытый королем 2 апреля, представлял собой чаяния 11 миллионов итальянцев, «благодаря Провидению и императору французов». Но вопрос был общеитальянским, и прежде чем окончился 1860 год, от прежней Италии оставались лишь Венеция и остаток Церковной области.
В мае 1859 года в Неаполе умер суровый и энергичный Фердинанд II; наследовал ему неопытный юноша Франц II. Он продолжал применять прежние насильственные меры, в то время, когда великое движение было уже во всей своей силе: тайные комитеты устраивали мятежные демонстрации, сначала в Палермо и Мессине, потом и в самом Неаполе. Молодой король не сумел вовремя подчиниться конституционному и национальному принципу, несмотря на советы английского правительства. При том возбуждении, которое охватило всю итальянскую нацию, следовало ожидать, что тот же взрыв произойдет и в Неаполе.
Вождем активной партии был Джузеппе Гарибальди, снискавший себе безграничную популярность своими подвигами. Помимо короля Виктора Эммануила, который не знал этого, или не хотел, или не смел знать, он навербовал волонтеров, посадил их в Генуе на суда и с этим отрядом в одну тысячу человек высадился в мае 1860 года у Марсалы, на западном берегу Сицилии. Старинный дух независимости острова и ненависть сицилийцев к неаполитанскому владычеству, помогли ему добиться успеха, между тем как королевское войско с его вождями растерялось, как бы пораженное какими-то чарами.
Джузеппе Гарибальди. Литография работы И. А. Винтера
Гарибальди объявил себя диктатором от имени «итальянского короля» и занял Палермо 27 мая. Королевские войска держались еще некоторое время только в Мессине. Ввиду этих событий настроение неаполитанского двора изменилось, наступила национальная и конституционная реакция, было образовано либеральное министерство, обещана новая конституция, затем восстановлена дарованная в 1848 году (июль), которой и присягнули теперь снова войска. Правительство Виктора Эммануила, желая доказать свою добрую волю европейским кабинетам, требовало, чтобы Гарибальди воздержался от нападения на материк. Он ответил: «Ваше величество, позвольте ослушаться вас на этот раз». Мессина капитулировала 28 июля; 19 августа 5000 гарибальдийцев переправились на материк; королевские полки рассеивались перед ними сами собой. Дела дошли до того, что 6 сентября Франц II был вынужден покинуть свою столицу, в которую на следующий день вступил одиноко, как простой путешественник, великий партизанский вождь. Гарибальди не скрывал, что конечная цель его еще не достигнута: он говорил, что царствование короля-рыцаря, il re galantuomo, должно быть провозглашено с высоты Квиринала.
Ответ: А – 4; Б – 1; В – 2.
2. Если вы сумеете найти первый кружок, то, следуя за линией, соединяющей кружки, сможете прочитать понятие. Запишите его и дайте определение. Письменно выполните задание.
Карбонарии – это члены тайных обществ, которые боролись за объединение Италии.
Составьте два предложения, содержащие информацию об этом понятии.
Движение карбонариев развернулось, в основном, в Северной Италии. Именно поэтому их главным врагом была Австрия, под контролем которой находились эти земли.
3. Незадолго до похода Д. Гарибальди в Сицилию корреспондент одной из туринских газет взял интервью у него и К. Кавура. Политическим деятелям было предложено ответить на одинаковые вопросы.
4. Выполните задания по контурной карте «Объединение Италии», (см. с. 75 рабочей тетради).
1) Нанесите границы Италии к 1860 г. Подпишите названия итальянских государств.
2) Отметьте значком места двух битв между франко-итальянскими и австрийскими войсками, в которых австрийцы потерпели поражение. Подпишите их названия и год.
3) Отметьте стрелками путь «Тысячи» Гарибальди. Подпишите год этого события.
4) Отметьте значком место сражения гарибальдийцев и отряда неаполитанского короля. Подпишите его название и дату этого события.
5) Нанесите границы Итальянского королевства к 1861 г.
6) Отметьте стрелками путь на Рим войск Итальянского королевства. Подпишите год этого события.
5. Продолжите предложение.
Объединение Италии и создание объединённого королевства имело огромное значение для страны, так как единое государство способствовало национальному становлению итальянцев, а уничтожение границ между мелкими государствами способствовало модернизации страны, пусть последняя и протекала гораздо медленнее, чем в более развитых государствах Европы.
6. Прочитайте отрывок из исторического источника и письменно ответьте на вопросы.
Из воспоминаний Д. Гарибальди
Я могу с гордостью сказать: я был и остаюсь республиканцем, но в то же время я никогда не считал, что народовластие - единственно возможная система, которую следует силой навязать большинству нации. В свободной стране, где доблестная большая часть народа добровольно высказывается за республику, там, разумеется, республика является лучшей формой правления... Но поскольку в настоящих условиях, по крайней мере ныне, в 1859 г., республика невозможна... то, раз представилась возможность объединить полуостров путём сочетания интересов династических сил с национальными, я безоговорочно к этому присоединился...
О каком историческом событии пишет Гарибальди в своих воспоминаниях?
Здесь речь идёт о битве при Сольферино – решающей победе франко-пьемонтских войск над австрийцами.
Как вы охарактеризуете политические взгляды этого человека?
На первом месте для него стояло единство Италии, форма правление в едином государстве – на втором.
Прав ли Гарибальди, говоря, что в 1859 г. республика в Италии была невозможна? Или он просто хотел оправдать своё сотрудничество с королём Пьемонта? Свою позицию обоснуйте.
Австрию невозможно было победить без союза с Пьемонтом и Францией, без мощи их армий и потенциала промышленности. Но ни конституционная монархия в Пьемонте, ни империя во Франции не пошли бы на союз с силами, которые боролись бы за создание в Италии республики. Более того, они стали бы бороться против таких республиканцев. То есть попытка создания республики могла бы привести к тому, что итальянцы начали бы воевать друг с другом и со своим союзником Францией. Потому Гарибальди был прав: на тот момент создать республику было невозможно.
Собрание множества маленьких независимых феодальных монархий, половина из которых были слишком горды, чтобы потерять независимость, а другая предпочитала быть вассалами Австрии, в единое, мощное королевство навсегда изменило Старый Свет. Однако это произошло далеко не сразу, и немало патриотов потеряли жизни во имя права называться одним народом.
Древняя история
Причины объединения Италии стоит искать в Античных временах. Именно тогда первое государство захватило в свои границы весь полуостров вместе с Сицилией; и имя ему было Римская Империя.
Однако прежде чем ноги легионеров истоптали каждую тропу Италии, пришлось пролить много крови. Рим был одним из величайших городов того времени, но вокруг него толпились бесконечные орды варваров, племен с огромным самосознанием, жаждой наживы и власти. Однако благодаря уникальной на тот момент дисциплине и тактике римских воинов вскоре сабиняне, герники, самниты и прочие народности были вынуждены признать диктат Вечного Города.
Именно это завоевание Римской Республикой всего пространства вокруг себя и можно считать первым объединением Италии, которое стерло все культурные границы, создав единую традицию (чего, например, до сих пор нет в Германии). Именно это собрание под цельным латинским флагом, который теперь стал частью души каждого итальянца, и стало главной причиной желания стать едиными.
Италия в начале XIX века
Сказать, что в начале столетия на полуострове были проблемы - ничего не сказать. Разбитый на множество областей, он представлял из себя сложную сеть границ между Сардинским королевством, Венецией, Королевством Неаполь, Папской областью и разнообразными герцогствами. И только первое из них в этом списке могло по праву называться независимым, а не подчиненным Австрии и ее наместникам.
И хотя огромному количеству местных монархов это было несказанно выгодно, народ все больше и больше чувствовал свою отсталость от главных европейских государств. Полуфеодальной верхушке, сохранявшей традиции Средневековья, несмотря на статус буржуазии, было выгодно эксплуатировать народные массы. Рабочие трудились так же, как и сто лет назад, крестьяне - так же, как и двести лет тому. Интеллигенция, находясь на родине Цицерона и Данте, была под жестким контролем. Любое созданное произведение проходило жесткую цензуру. Стоит понимать, что именно народ и совершил подвиг, не покидая государство внутри своего сердца, какие бы этапы объединения Италиини проходили бы.
Революция
1848-1849 годы стали переломными для Италии. Начало народной революции, которая должна была сбросить с политического Олимпа австрийского монарха, было положено провозглашением Венецианской Республики. Вскоре в крупных городах Северной Италии, в том числе и в Милане, начались массовые погромы, сопровождающиеся изгнанием австрийских войск.
Под предлогом защиты национальных интересов король Сардинии протягивает руку помощи своим будущим соотечественникам. В дальнейшем именно его государство будет иметь решающую роль, сделав возможным завершение объединения Италии.
Такая реакция самого крупного королевства Италии, а также недовольство народа правительством, вынудило политиков других государств на полуострове немедленно объявить войну Австрии. Даже Папская область стала на сторону общенациональных интересов.
Именно ее стоит винить в том, что первое объединение Италиине состоялось. Внезапное решение Папы (на помощь которого все рассчитывали) в ключевой момент вернуться к позиции нейтралитета сломало хребет революционерам. Восстание стало захлебываться, когда регулярные Австрийские войска стали выигрывать каждое сражение.
В Риме попытались создать республику, убрав с политической сцены Папу, но французы, поддержавшие в войне Австрию, не дали этого сделать. Вся Италия снова оказалась под властью австрийцев. Это не коснулось только Сардинского Королевства.
Последствия восстания
Казалось, объединение Италии с треском провалилось. Все то, что пытались сбросить с себя жители полуострова, еще большим грузом легло на их плечи. Больше всех, само собой, страдал простой народ. Австрия стала абсолютным доминантном региона, разрушив при этом авторитет верховного понтифика, который должен был стать символом революции, если бы не испугался за судьбу католической церкви во вражеском государстве.
Жестокие репрессии, полностью полицейские государства, истребление любого патриотизма стали главными достояниями революции. Но на самом деле столь ужасное положение дел лишь усилило истинные причины объединения Италии.
Сардинское государство
Один из виднейших политиков того времени, премьер-министр Сардинского государства Камилло Кавур, смог уберечь свою родину от подобных ужасов. Сардинское королевство не потеряло своей конституции и не стало преклоняться под австрийским императором.
Будучи реформатором-капиталистом, он перестроил экономику и промышленность государства, вычистив его от феодальных пережитков. Его либерализм привлекал к нему просвещенных людей, которые помогли развить Сардинское государство в десятки раз быстрее. Мечта о завершении объединения Италии никогда не покидала его. Он планировал собрать всю мозаику из государств только под покровительством своего государя.
Франция и Италия - друзья навек?
Понимая, что силы у королевства и империи не равны, Кавур воспользовался правилом «клин клином вышибают». Политик пригласил Наполеона III на тайные переговоры, где они заключили военный союз против Австрии.
Само собой, французский правитель не собирался иметь под боком нового гигантского соперника. Наполеона III мало волновали проблемы простых итальянцев. Главной его задачей было укрепление своей власти. По плану императора, Франция должна была стать для Италии тем же, что и Австрия.
Кавур, как дальновидный и талантливый политик, это прекрасно понимал и шел на страшный риск. Все его надежды упирались в народные массы, которые не потерпят смены хозяина, и на то, что его король сможет вовремя остановиться, собрав вокруг себя лишь Северную Италию, не отдавая Наполеону III остальное. Именно страх, что единое государство будет слишком молодо и падет под натиском французов, стал причиной его дальнейшей отрешенности от борьбы в центре Италии.
Война Джузеппе Гарибальди
Абсолютно неожиданно для Кавура в борьбу против австрийского гнета включилась вся Италия.
Центральная ее часть взрывалась от лозунгов «Даешь Италию итальянцам!», а каждая область превратилась в поле битвы простого народа против австрийского солдата.
Главный герой того времени, сбежавший с Сицилии после провала первой попытки революции в Сардинское королевство, Джузеппе Гарибальди смело поддержал эти этапы объединения Италии. Собрав всего лишь тысячу патриотов, желающих вернуться на родину, он направился на Сицилию, где поднял полномасштабное восстание. Его борьба навсегда осталась в итальянской истории: собирая вокруг себя все больше людей, он, к неожиданности всех, очистил Италию от власти австрийцев. Подобная дерзость зарядила уверенностью всю Италию - головы австрийских наместников стали лететь уже в каждом городе.
Гарибальди моментально стал национальным героем. Вдохновленные люди вставали на борьбу рядом с ним, пока все области (за исключением Папской) не стали свободны.
Триумф Сардинии
Однако объединение Италии имело все шансы захлебнуться в гражданской войне, если бы не хватка короля Сардинии. Осознавая, что Италии нужен единый и сильный государь, он вынудил народ (в особенности мелкую буржуазию) поверить, что именно он и должен стать им.
План Наполеона III абсолютно провалился, и вся его надежда оставалась на Папской области. Понимая, что из-за границы на нее голодно смотрит правитель Сардинии, он заявил, что не потерпит Рима в руках у кого-либо, кроме великого понтифика.
И сам глава Сардинского королевства Виктор Эммануил II вначале согласился с этим условием, понимая, что воевать молодому государству против твердо стоящей империи - себе дороже. Он даже вынужден был арестовать Гарибальди, пытавшегося повести людей на Папскую область.
Но с началом франко-прусской войны сардинский король с радостью изменил свое решение. Ослабленная Франция выводила свои гарнизоны отовсюду, чтобы хоть как-то продержаться в бойне против войск Бисмарка. Виктор Эммануил II не упустил момент - стоило французам покинуть Рим, как глава Сардинии незамедлительно ввел туда свои войска, захватил Папу и был коронован заново - как король Итальянского Королевства.
Вывод
Причины успешного завершения объединения Италии кроются в очень простом факте - дело в том, что каждый итальянец этого искренне хотел. Простой народ и аристократия, вспоминая времена Римской Империи, грезили о новом начале. Итальянцы смогли создать свое государство и победить Австрию только потому, что у каждого в голове уже было это самое Королевство Италия.
Италия после объединения понесет еще немало потерь, встретит много врагов, переболеет фашизмом, столкнется с кризисом 2000-ых. Но чего нельзя отнять у этого гордого народа - это осознания единства. Несмотря на огромное отличие между миланцем и сицилийцем, несмотря на локальные склоки, каждый из них стоит на страже единого государства и готов поколениями проливать кровь за его сохранение.
Подъем народного движения в центре Италии угрожал замыслам Наполеона III посадить на престол Тосканы ставленника Бурбонов. Поражение австрийцев подтолкнуло Пруссию к поддержке Австрии. Военные, милитаристские круги Пруссии и Баварии настаивали на вступлении своих княжеств в войну на стороне Австрии. На границах империи Бурбонов могло появиться сильное, централизованное Итальянское государство. Перспектива образования новой большой средиземноморской державы, которая со временем превратилась бы в соперницу Франции, пугала Наполеона III и всю французскую буржуазию. Бонапартистская Франция боялась чрезмерного усиления Пьемонта. Наконец, пламя народной освободительной борьбы могло перекинуться из Италии во Францию, также тяготившуюся бонапартистской диктатурой Наполеона III. 8 июля 1859 года Наполеон III, втайне от Камилло Кавура, встретился в маленьком городке Виллафранке с австрийским императором Францем-Иосифом. На этой встрече было решено, что Австрия уступит Наполеону III Ломбардию; Наполеон III обещал передать Ломбардию Пьемонту; в Тоскану и Модену вернутся старые правители-герцоги, бежавшие к Габсбургам. Власть папы римского надлежало восстановить во всех его бывших владениях, а Венеция оставалась в руках Австрии. Эти условия были зафиксированы в предварительном мирном договоре между Францией и Австрией. Так за спиной Кавура и всей Италии Наполеон III нанес смертельный удар делу объединения Италии. Получив от Пьемонта Савойю и Ниццу, Наполеон III закончил третью войну за независимость. Лишь одна Ломбардия освободилась от австрийского владычества и вошла в состав Сардинского королевства.
Виллафранкское перемирие 11 июля 1859 года (так называемый “Виллафранкский прелиминарный, т.е. предварительный, сч договор”) вызвало взрыв возмущения во всей Италии. Камилло Кавур ушел в отставку с поста премьер-министра Сардинии. По Италии пронесся стон разочарования и возмущения. Пьемонтское правительство заявило Наполеону III формальный протест, но продолжать войну с Австрией без бывшего союзника, опираясь только на народные массы, все же не решилось. Оно, как и Бурбоны, также смертельно боялось народной войны и народной революции. В ноябре 1859 года французское и пьемонтское правительства заключили с австрийским правительством мирный договор, по которому Ломбардия включалась в состав Пьемонта, а Венеция оставалась у Австрии.
Летом и осенью 1859 года политика Камилло Кавура зашла в тупик. Патриотические силы Италии считали по-другому и были полны решимости не допустить свергнутых итальянских герцогов на свои прежние троны. Прибывшие из Пьемонта генералы взяли под свое командование войска в Тоскане, Парме, Модене и Романье. Стало ясно, что навязать итальянцам старые порядки или посадить на трон ставленника Бурбонов не удастся без вооруженной интервенции извне. Развязывать новую войну на полуострове ни Франция, ни Австрия не решились. В январе 1860 года Камилло Кавур вновь вернулся к власти в Сардинии (Пьемонте) и объявил всенародные плебисциты (референдумы) относительно дальнейшей судьбы освобожденных территорий. Абсолютное большинство итальянцев высказалось за слияние Тосканы, Пармы, Модены и Романьи с Сардинским королевством (Пьемонтом). В марте 1860 года Тоскана, Модена, Парма и часть Романьи после плебисцита, проведенного временными правительствами совместно с пьемонтскими эмиссарами, были официально присоединены к Пьемонту. В соответствии с ранее достигнутой договоренностью между Виктором-Эммануилом II и Наполеоном III, Савойя и Ницца с 1860 года перешли к Франции.
Революция 1860 года на юге Италии. Поход гарибальдийской “Тысячи”. Война Сардинии с Австрией стала переломным, “судьбоносным” моментом в истории Италии. В действие вступили народные массы Италии. Патриотические силы добились удаления австрийских гарнизонов из Тосканы, Пармы и Модены. Восстала Романья – часть территории Папской области, развернулись антибурбонские выступления в Неаполитанском королевстве и особенно в Сицилии. Еще в конце 1859 года вспыхнуло восстание на Сицилии против Неаполитанской монархии и царствовавшей там династии Бурбонов. Этот остров издавна был превращен в “пороховой погреб” Италии. Здесь переплетались еще феодальные пережитки и гнет буржуазной эксплуатации, что делало народную нужду невыносимой. На Сицилии было велико влияние тайных мадзинистских организаций, восстание вспыхнуло не без их участия. С целью освобождения Рима Джузеппе Мадзини и демократы-мадзинисты призывали итальянцев к революционным действиям в папских владениях и в Неаполитанском королевстве. Вернувшийся из эмиграции Мадзини и его окружение обратились к Гарибальди с просьбой организовать военную экспедицию и оказать вооруженную помощь восставшим сицилийцам. Гарибальди долго колебался, но все же решился на организацию похода. Демократические мадзинистские организации развернули подготовку военной экспедиции в Сицилию для оказания помощи повстанцам. Собирались денежные пожертвования (добровольный фонд “Миллион ружей”), шла вербовка и обучение волонтеров. В мае 1860 года на помощь восставшим жителям Сицилии прибыл Джузеппе Гарибальди с отрядом добровольцев – знаменитой “тысячей краснорубашечников” (фактических их насчитывалось тысяча двести добровольцев). Состав отряда Гарибальди был разнородным: среди “краснорубашечников” были студенты, матросы, рабочие, рыбаки, торговцы, плотники, портные, мелкая интеллигенция, врачи, парикмахеры. Среди гарибальдийцев было немало иностранцев: французов, англичан, венгров, поляков, швейцарцев. Многие из гарибальдийцев имели большой опыт конспиративной борьбы в тайных мадзинистских обществах, сражались на бастионах Римской и Венецианской республик в 1848–1849 годов. Активное участие в освободительном походе гарибальдийцев в Сицилию принял известный русский географ и общественный деятель Л.И.Мечников, брат известного русского ученого-биолога Ивана Мечникова. Л.И.Мечников был назначен адъютантом Гарибальди и в одном из боев получил серьезное ранение.
Пьемонтское правительство знало о планах Гарибальди и не одобряло их. Подготовка сицилийской экспедиции повергла в шок Виктора-Эммануила и Камилло Кавура. Даже монархические лозунги лояльности, преданности королю Виктору-Эммануилу II и Савойской династии, а также перспектива новых территориальных приобретений не устраивали пьемонтскую верхушку. Она всерьез боялась революционной активности масс. Походу гарибальдийцев активно противился Камилло Кавур и умеренные либералы. Они не хотели портить отношения с Наполеоном III, войска которого стояли в Риме, охраняя светскую власть папы римского. Кавур был застигнут врасплох инициативой демократов-мадзинистов и всячески мешал организации похода. Открыто выступить против Гарибальди Кавур боялся – ведь такая позиция восстановила бы против него общественное мнение. К тому же, популярность Гарибальди в народе намного превосходила популярность официальной элиты. Поэтому, Кавур исподтишка создавал гарибальдийцам различные препятствия, мешая отправке экспедиции на Сицилию. Власти отказались выдать гарибальдийским волонтерам современное оружие, приобретенное на патриотические пожертвования. Удалось достать лишь тысячу старых, почти непригодных, ружей.
Экспедиция Гарибальди (чуть более тысячи волонтеров) на двух кораблях в обстановке секретности отплыла из Генуи утром 6 мая 1860 года под лозунгом: “Да здравствует единая Италия и король Италии Викто р-Эммануил!” Это был лозунг мадзинистского “Итальянского национального общества”. В последний момент Кавур отдал приказ своему флоту любым путем остановить экспедицию. Гарибальдийцы, зная о планах Кавура, отплыли иным, чем предполагалось, путем. Король Пьемонта Виктор-Эммануил II заявил русскому послу в Пьемонте: “Мы отрекаемся от этой экспедиции.… Будет ли Гарибальди схвачен или расстрелян, никто ничего не скажет… Я сам расстрелял бы его в 1849 году, если бы он не сбежал от меня…”
По замыслу Джузеппе Гарибальди, военный поход гарибальдийской “тысячи краснорубашечников” должен был принести победу восстанию на Сицилии, оттуда отряд должен был переправиться в Южную Италию и освободить ее от власти Бурбонов. После высадки гарибальдийцев на Сицилии 11 мая 1860 года к ним стали присоединяться тысячи местных жителей-сицилийцев, крестьян и рабочих. Началась легендарная гарибальдийская эпопея. На острове была размещена двадцатипятитысячная королевская армия во главе с опытнейшими генералами, кавалерийские и полицейские части, артиллерия. Многое в таких случаях зависело от исхода первого боя. Он произошел у местечка Калатафими спустя четыре дня после высадки на Сицилии. Гарибальди умело использовал тактику маневренного боя и партизанской войны Гарибальдийцы, одетые в красные рубашки (как и их предводитель), в яростной штыковой атаке отбросили бурбонские войска. Войска неаполитанского короля Франциска (Франческо) II были разбиты, и скоро вся Сицилия была освобождена. Сражением при Калатафими генерал Гарибальди гордился до конца своих дней. К этому времени революционная армия Гарибальди насчитывала двадцать пять тысяч бойцов. После таких побед уже и пьемонтский монарх Виктор-Эммануил, и его хитрый премьер-министр Кавур сквозь пальцы смотрели на вербовку волонтеров и сбор денег в помощь гарибальдийской “тысяче краснорубашечников”.
Одержав важную победу при Калатафими, гарибальдийцы совершили искусный, скрытый маневр через горы и подошли к Палермо. К ним присоединился вооруженный отряд местных крестьян в три тысячи человек; вместе они ворвались в Палермо. Там уже бушевало народное восстание. Бурбонское командование запросило перемирия и покинуло Палермо. Вслед за Палермо, восстания охватили многие города Сицилии. Поход Гарибальди совпал с развернувшимся на Сицилии широким народным движением. Крестьяне поднимались на борьбу в тылу королевских войск, облегчая наступление отрядов Гарибальди. Гарибальди чувствовал себя революционным диктатором Италии с неограниченными полномочиями, повсюду устанавливая режим революционной диктатуры. В освобожденных районах принимались меры с целью привлечения на свою сторону народных масс, включая крестьян, под гарибальдийские знамена: отменялись налоги на помол зерна и на ввозимые продукты питания. Всем примкнувшим к освободительной борьбе был обещан участок общинной или королевской земли. Отряды вооруженных испольщиков и батраков захватывали и делили помещичьи земли. Однако этих мер оказалось недостаточно, чтобы обеспечить Гарибальди прочную поддержку крестьянских масс.
Летом 1860-го года итальянские помещики стали препятствовать разделу общинных земель, тогда волна крестьянских выступлений поднялась еще выше. Крестьяне стали захватывать не только общинные, но и частные, “собственные” земли помещиков. С этого момента, боясь нового передала помещичьей земельной собственности, революционно-демократическое, но и одновременно, буржуазное, правительство Гарибальди стало подавлять крестьянские выступления. Гарибальдийские власти стали просить помощи у бывших официальных властей. Новая революционно-буржуазная власть решительно встала на защиту неприкосновенности, незыблемости и святости права частной собственности на землю. К его нарушителям применялись самые крутые карательные меры, вплоть до расстрелов. Сами землевладельцы создали свою национальную гвардию и с ее помощью подавляли очаги крестьянского сопротивления. Крестьянский энтузиазм, вызванный приходом гарибальдийцев, быстро улетучился, крестьяне покидали гарибальдийские отряды. Приток добровольцев-крестьян с севера в гарибальдийские отряды прекратился, союз революционеров-демократов с крестьянскими массами дал первую трещину.
Передоверив управление островом своим помощникам, Гарибальди занимался, в основном, военными делами. После битвы у Милаццо 20 июля 1860 года Бурбоны были изгнаны из Восточной Сицилии, и Гарибальди стал готовиться к высадке на континент. В его рядах, кроме “тысячи краснорубашечников”, имелось двадцати тысяч волонтеров, прибывших из городов Северной Италии, и около трех тысяч примкнувших к нему сицилийских крестьян, – всего около двадцати четырех тысяч человек. Сардинские власти в тот период занимали двойственную позицию. С одной стороны, Кавур теперь рассчитывал руками Гарибальди свергнуть Бурбонов и подчинить власти Савойской династии Неаполитанское королевство. С другой стороны, в планы Кавура не входило провозглашение республики. В официальном письме в адрес Гарибальди Камилло Кавур предписывал ему в приказном тоне не переходить с войсками с острова на континент, а в неофициальном письме предлагал ему не останавливаться на полдороге. Открытый союз с Бурбонами немедленно смел бы кабинет Кавура. Король Виктор-Эммануил II направил к Гарибальди своего адъютанта с личным посланием не переходить на континент.
Освободив всю Сицилию и ослушавшись своего короля, 17 августа (по другим данным – 19 августа) 1860 года войска Гарибальди высадились на юге Апеннинского полуострова, в Калабрии. Там уже вовсю полыхали народные восстания, солдаты неаполитанского короля Франциска II (Франческо II) тысячами бросали оружие и сдавались в плен. Правительственные войска были деморализованы, монархия проявляла полное бессилие перед лицом выступлений низов. Слабость и гнилость бурбонского режима облегчили захват гарибальдийцами Неаполя. Солдаты сами сдавались в плен со словами: “Да здравствует Гарибальди!” Король Франциск II с верными ему остатками войск бежал из Неаполя в соседнюю морскую крепость Гаэту. На двадцатый день высадки в Калабрии, 7 сентября 1860 года армия Гарибальди победоносно, без боя вступила в ликующий Неаполь. Позже Гарибальди так написал о вступлении своих войск в Неаполь: “7 сентября 1860 года пролетарий вошел в Неаполь со своими друзьями в красных рубашках... Народные освободители заняли еще теплое королевское гнездо. Роскошные королевские ковры были попраны сапогами пролетариев…”. И, хотя Джузеппе Гарибальди никогда не был пролетарием, его победа над Бурбонами была подлинно народной победой.
Вскоре пала и крепость Гаэта, неаполитанский король Франциск II (Франческо II) был вынужден бежать в Рим. Завершающее поражение бурбонским войскам было нанесено при Вольтурно в октябре 1860 года. Судьба династии Бурбонов и всего Неаполитанского королевства была решена. Гарибальди стал фактическим диктатором всего юга Италии. Итак, народная революция в южных областях Италии смела реакционно-монархический режим Бурбонов, огромный вклад в эту победу внесло южноитальянское крестьянство. Надеясь на поддержку со стороны гарибальдийских властей, крестьяне просчитались. Декрет о передаче крестьянам государственных земель не был проведен в жизнь, самозахваты крестьянами помещичьих земель жестоко пресекались, восстания в деревнях безжалостно подавлялись карателями.
Противоборство либералов-монархистов и демократов вылилось в острый конфликт между Кавуром и Гарибальди. После освобождения Сицилии, Кавур рассыпа лся в любезностях в адрес Гарибальди, говоря, что “Гарибальди оказал Италии величайшие услуги, какие только человек может оказать своей родине”. Но, узнав, что Гарибальди не торопился с немедленным присоединением Сицилии к Пьемонту, Кавур стал обвинять его в том, что тот “сомкнулся с людьми революции, сеет на своем пути беспорядок и анархию”. Кавур решил не допустить марша гарибальдийской “тысячи” в Центральную Италию и стал действовать на опережение демократов. Он убедил Наполеона III в необходимости быстрых, незамедлительных действий для предотвращения народной, демократической революции в Пьемонте. Добившись согласия французского императора и с целью помешать вторжению гарибальдийской “тысячи” в Папскую область, через три дня после вступления Гарибальди в Неаполь, пьемонтские войска по команде Кавура сами вторглись в Папскую область, освободили провинции Марке и Умбрию, попутно подавили там антипапское движение. Тем самым, исключалась возможность военных действий Гарибальди против Папской области. В письме к пьемонтскому послу в Париже Камилло Кавур писал: “Я приложу все усилия, чтобы помешать итальянскому движению стать революционным… Я готов на все ради этого. Если Гарибальди овладеет всем Неаполитанским королевством,…мы не сможем больше противиться ему”. Из Папской области пьемонтские войска с севера вторглись в Неаполитанское королевство, чтобы помешать войскам Гарибальди.
Теперь революционный полководец намеревался идти на Рим, а затем освободить Венецию. Его революционная армия насчитывала уже пятьдесят тысяч бойцов из северных и центральных провинций страны. Среди них было немало убежденных республиканцев. В Неаполь съехались ведущие лидеры демократов, включая Джузеппе Мадзини. Итальянские демократы – Джузеппе Мадзини и его сторонники – советовали Гарибальди сохранить за собой диктаторские полномочия и использовать их для освобождения военным путем Папской области, а затем и Венеции.
Гарибальди не торопился с созывом Учредительного собрания, с тем, чтобы захватить контроль над всеми итальянскими землями и присоединить их к Пьемонту. Но либералы в окружении Камилло Кавура сорвали его планы и не допустили бо льшей демократизации рождающегося итальянского государства. Нарастание революционных и республиканских настроений в стране поставили бы под угрозу существование пьемонтской монархии и Савойской династии Виктора-Эммануила II. А вслед за падением пьемонтской монархии неизбежно встал бы вопрос о ликвидации светской власти папы римского. Такой нежелательный поворот событий неизбежно повлек бы за собой и вмешательство иностранных войск в итальянские дела. Первым к интервенции в Италию был готов Наполеон III.
К осени 1860 года вновь обострилось положение в итальянской деревне. Посягательство безземельных крестьян на бывшие общинные земли напугало местную буржуазию Калабрии (она сама рассчитывала приобрести эти земли). На рост крестьянского движения южноитальянские власти отвечали репрессиями. В ответ толпы крестьян творили расправу над либералами и национальной гвардией. Половинчатая политика правительства в аграрном вопросе отбросила крестьянство в феодальный лагерь, лагерь контрреволюции. Сочувствие крестьян гарибальдийцам сменилось равнодушием, а затем и враждебностью. Революция углублялась, нарастала, и в этих условиях имущая верхушка юга Италии стала требовать скорейшего слияния Неаполя с Пьемонтом. Савойская монархия Виктора-Эммануила II выступала надежным гарантом неприкосновенности частной собственности на фоне разгоравшегося крестьянского движения. Неспокойно было и в городах Италии, где на борьбу поднимался молодой итальянский пролетариат. Короля Виктора-Эммануила II буквально забрасывали петициями “восстановить мир и порядок”. В ответ на петиции, король обратился к итальянцам со своей петицией: “Народы Южной Италии! Мои войска идут к вам восстановить порядок!”
Удержать власть даже на юге для Гарибальди стало нелегким делом. Вступить в открытый конфликт с Пьемонтской монархией и стать вождем крестьянской революции он никогда не смог бы, да и не пошел бы на это. Испугавшись ужасов “братоубийственной войны” с Пьемонтом, Гарибальди согласился на требования Виктора-Эммануила II об организации плебисцита о немедленном присоединении Неаполя к Пьемонту и призвал южан поддержать присоединение. Бедное южноитальянское крестьянство, смутно представлявшее, что его ждет после присоединения, проголосовало в поддержку плебисцита потому, что “так сказал дон Пеппино” (так простолюдины звали Гарибальди). Буржуа, либералы и дворяне-помещики также голосовали за присоединение, надеясь, что на этом революция завершится. Объединить Италию революционно-демократическим путем, “снизу” не удалось. Социальная база демократического движения сузилась. Проведенный в Неаполе плебисцит (всенародное голосование) 21 октября 1860 года подавляющим большинством голосов высказался за присоединение Южной Италии к Сардинской монархии (Пьемонту). В ноябре в его состав вошли провинции Умбрия и Марке. Таким образом, к концу 1860-го года Италия была фактически объединена (кроме Рима с областью Лацио и Венеции).
Опираясь на союз с либералов с Савойской династией, “кавуристы” одержали верх в борьбе с демократами. Просьба Гарибальди передать ему на год верховное управление Южной Италией, была отклонена королем Виктором-Эммануилом II. Диктатура Гарибальди была упразднена, изданные им декреты отменены, его революционная армия распущена. Отказавшись от всех почестей и наград, в ноябре 1860 года Джузеппе Гарибальди уехал на принадлежащий ему маленький, крохотный каменистый островок Капреру, близ Сицилии (он купил его еще в 1850-х годах). Русский писатель-демократ Александр Герцен так писал об отъезде Гарибальди из Неаполя: “Он с горстью людей победил армию, освободил целую страну и был отпущен из нее, как отпускают ямщика, когда он довез до почтовой станции”. Теперь на “законном основании” пьемонтские власти могли взяться за “восстановление порядка”: отменили все революционные декреты Гарибальди, распустили крестьянские отряды, в “бунтующие” деревни направили карателей.
Итак, к началу 1861 года вся Италия, за исключением Венеции и Рима, объединилась под властью сардинского короля Викто ра-Эммануила II. Король Сардинии Викто р-Эммануил II торжественно въехал в Неаполь в сопровождении Гарибальди. В феврале 1861 года в столице Пьемонта – городе Тури не – открылись заседания первого общеитальянского парламента. Первый общеитальянский парламент объявил Сардинию вместе со всеми присоединенными к ней землями Итальянским королевством с населением в двадцать два миллиона человек. 14 марта король Викто р-Эммануил II был провозглашен королем Италии. Столицей объединенного Итальянского королевства стала Флоренция. В апреле 1861 года скоропостижно умер Камилло Кавур. Гарибальди неоднократно пытался организовать новые походы волонтеров с целью добиться освобождения и присоединения Венеции и Рима к Итальянскому государству.
Так была решена одна из главных задач Рисорджименто – объединение Италии, но без Папской области и Венеции. Сравнивая объединение Италии и Германии, надо подчеркнуть, что в Германии решающую роль в объединении сыграли войны под главенством Пруссии. В Италии возникло сложное переплетение, соперничество друг с другом различных политических сил. Революционно-демократические силы, республиканцы, либеральные круги дворянства и буржуазии – “партия умеренных”, Сардинская династия, выступавшая за сохранение монархии, – борьба этих течений привела к незавершенности Рисорджименто, как в плане социальных задач, так и в плане отсрочки решения вопроса о присоединении Папской области и Венеции.
Однако объединение Италии было завершено не в полной мере, было не закончено. Несколько миллионов итальянцев по-прежнему оставались под властью Австрии в Венецианской области и под властью папы римского, охраняемого французскими войсками. Объединение Италии сопровождалось унификацией в законодательстве, судебной, денежной, таможенной систем, системы мер и весов, налогообложения. В Италии развернулось бурное строительство железных дорог (за десятилетие с 1861 по 1871 годы, их протяженность выросла с двух с половиной тысяч – 2.500 километров до шести тысяч двухсот – 6.200 километров). Основные регионы Италии были связаны между собой железными дорогами, что ускорило складывание единого национального рынка. Правда, его появление не улучшило условий жизни народа. Выросло налоговое бремя, были введены косвенные налоги на продовольствие. Еще в 1840-е годы в Италии зародилось рабочее движение (главным образом, в Сардинском королевстве). К 1860-м годам во многих регионах Италии стали появляться общества взаимопомощи, которые находились под влиянием умеренных либералов и занимались улучшением материального положения рабочих. К началу 1870-х годов таких обществ взаимопомощи стало более тысячи четырехсот против двухсот тридцати четырех в 1860-м году. Рабочее движение постепенно приобретало общеитальянский характер. В первой половине 1860-х годов в рабочих организациях возобладало влияние сторонников Мадзини. Они вовлекали рабочих в борьбу за всеобщее избирательное право.
Положение в Италии 1860-х годов было крайне напряженным. Перед молодым Итальянским королевством стояли многотрудные проблемы. Одной из них стало восстание неаполитанского крестьянства. Не получив обещанной земли, сельские массы юга Италии поднялись против новой власти, оказавшейся теперь в руках новых буржуазных хозяев. 1 января 1861 года новые власти приняли декрет о разделе бывших общинных земель (о чем давно мечтали крестьянские низы), но вскоре отказались от его реализации. Остатки свергнутой династии Бурбонов натравливали крестьян на новые власти, играли на наивной вере крестьян в Бурбонов как заступников и защитников сельского люда. Неоднократно предпринимались попытки восстановить на престоле свергнутых Бурбонов вместо правящей Савойской династии. Реакция надеялась поднять итальянскую деревню на бунт и восстановить Бурбонов. Реакцию поддерживали бывшие солдаты и офицеры разогнанных бурбонских войск, недовольные засильем новых “либералов” в деревне. Позже официальные историки посчитали это движение “бандитским”, “мафиозным”, упрощенно объясняя все склонностью южан решать все проблемы силой, их “врожденной” любовью к разбою и террору. Именно с середины XIX века в Сицилии стала возрастать роль мафии – преступных, криминальных формирований, действовавших под прикрытием местных властей и администраций, в связи с местными олигархами. Мафия насаждала атмосферу произвола, насилия, политических убийств и рэкета (вымогательства). На деле, в реальности, это общественное движение имело под собой социальные корни и выражало социальный протест деревенских низов против нищеты и угнетения. Никакой “приверженности” южан к свергнутой династии Бурбонов не было. Борьба с мафиозным бандитизмом растянулась на многие десятилетия.
С лета 1861 года обстановка на юге Италии напоминала гражданскую войну: погромы муниципалитетов, уничтожение судебных и долговых документов, расправы с либералами, захваты земель, наложение на богатых контрибуций. Правительственные войска вступали в бои с повстанческими отрядами южан, совершали казни и репрессии. На юге Италии была сосредоточена стодвадцатитысячная (120-тысячная) правительственная армия. Только к 1865 году крестьянское движение на юге удалось подавить. За эти годы было убито и ранено более пяти тысяч итальянцев.
Сложно и непросто шел процесс формирования единого Итальянского государства и в других областях Италии, хотя такой остроты, как на юге, здесь не было. Введение новых, буржуазных правовых норм, налоговой системы, церковного права заняло 1860-1870-е годы. Объединение Италии сопровождалось унификацией в законодательстве, судебной, денежной, таможенной систем, системы мер и весов, налогообложения. В Италии развернулось бурное строительство железных дорог (за десятилетие с 1861 по 1871 годы, их протяженность выросла с двух с половиной тысяч – 2.500 километров до шести тысяч двухсот – 6.200 километров). Основные регионы Италии были связаны между собой железными дорогами, что ускорило складывание единого национального рынка. Бурная банковская деятельность сопровождалась невиданными спекуляциями, теневыми сделками, положившим начало крупным олигархическим состояниям и мощным финансово-промышленным кланам. Правда, эти перемены не улучшили условий жизни народа. Выросло налоговое бремя, были введены косвенные налоги на продовольствие. Еще в 1840-е годы в Италии зародилось рабочее движение (главным образом, в Сардинском королевстве). К 1860-м годам во многих регионах Италии стали появляться общества взаимопомощи, которые находились под влиянием умеренных либералов и занимались улучшением материального положения рабочих. К началу 1870-х годов таких обществ взаимопомощи стало более тысячи четырехсот против двухсот тридцати четырех в 1860-м году. Рабочее движение постепенно приобретало общеитальянский характер. В первой половине 1860-х годов в рабочих организациях возобладало влияние сторонников Мадзини. Они вовлекали рабочих в борьбу за всеобщее избирательное право.
Задание № 33. В 1849 г. в Германии художник А. Ретель создал гравюру на дереве и назвал её «Танец смерти»
Рассмотрите иллюстрацию. Подумайте, какие события могли бы натолкнуть художника на создание данного произведения. Какие детали гравюры помогают догадаться об отношении автора к этим событиям?
Гравюра посвящена событиям 1848 года в Германии. Её действительное название — «Смерть-победитель». В центре мы видим Смерть, держащую знамя восстания и возвышающуюся на баррикаде. Залпы картечи сметают защитников баррикады — рабочих. Во взгляде умирающего, обращенном к Смерти, мольба о помощи перемешана с обманутой надеждой. Смерть же, в венце победителя, оглядываясь на безликих солдат, уезжает и оставляет на баррикадах убитых, раненных, плачущих вдов и сирот. Революция вызвала в Ретеле глубокое разочарование — убежденный в безнадежности борьбы, он считал обманщиками тех, кто призывал к восстанию обездоленных и бедных, что заметно в наиболее характерных деталях — торжествующая смерть и умирающий рабочий
Задание № 34. На контурной карте отметьте границы Пруссии к 1864 г.; закрасьте одним цветом территории, захваченные Пруссией в 1864—1866 гг., другим цветом — государства, вошедшие в Северогерманский союз, и отметьте границы этого Союза; стрелками обозначьте наступления прусских войск в войнах с Данией и Австрией
Задание № 35. Напишите две характеристики Отто фон Бисмарка как политического деятеля: глазами прусского журналиста и глазами австрийского журналиста
1. Бисмарк — человек бурного темперамента и крайне решителен. Обладает твердым характером и не останавливается ни перед какими трудностями. Считает, что сильный всегда прав и на этом строит всю свою политику, предпочитая действовать «железом и кровью», чем речами и постановлениями. В то же время Бисмарк умеет реально оценивать ситуацию и рационально выбирать союзников. Несмотря на консервативность взглядов, проявляет гибкость в решении внутриполитических вопросов, вступая в соглашения с различными слоями германского общества (прусский журналист)
2. Бисмарк — человек деятельный, решительный и твердый в своих намерениях. Отдавая дань уважения этим его чертам характера, нельзя не отметить, что Бисмарк часто действует бесцеремонно, предпочитая грубую силу и нажим и всячески отвергая цивилизованное обсуждение вопроса. На Бисмарка трудно положиться как на политика и дипломата — если его чем-то не устраивает вчерашний союзник, то Бисмарк поворачивается к нему спиной или становится его врагом. Он не уважает какие-либо договоренности. Может показаться, что он беспринципный человек и не имеет твердых убеждений — настолько легко он забывает свои личные симпатии, вступая в соглашательства с нужными ему людьми (австрийский журналист)
Задание № 36. Незадолго до похода Гарибальди в Сицилию корреспондент одной из туринских газет взял интервью у него и у Кавура. Политическим деятелям было предложено ответить на одинаковые вопросы
1. В чём вы видите главную цель своей жизни?
2. Каким образом вы рассчитываете достигнуть поставленной цели?
3. Какую форму политического устройства Италии вы считаете предпочтительной?
4. Думаете ли вы сделать что-нибудь для улучшения положения простого народа?
Что, по вашему мнению, ответили Гарибальди и Кавур? Запишите их ответы. В качестве подсказки используйте текст § 17 учебника
Задание № 37. На контурной карте отметьте границы Италии к 1859 г.; закрасьте разными цветами свободные и зависимые территории; отметьте места сражений во время войн с Австрией; стрелками укажите путь «тысячи Гарибальди» во время похода 1860 г. в Сицилию и Южную Италию; отметьте места сражений армии Гарибальди с войсками Королевства обеих Сицилий; отметьте границы Итальянского королевства к 1861 г., путь на Рим армии Итальянского королевства в 1870 г., границы объединённого королевства к 1871 г.
Задание № 38. Виктор Гюго писал:
«Что такое Гарибальди? Человек, ничего более. Но человек в самом высоком смысле слова. Человек свободы, человек человечности… Есть ли у него армия? Нет. Только горсть волонтёров. Боевые запасы? Нет. Порох? Несколько бочек. Орудия? Взятые у неприятеля. В чём его сила? Что доставляет ему победу? Что стоит за него? Душа народов»
Согласны ли вы с этой высокой оценкой? Если согласны, то почему?
Полностью соглашусь с оценкой. Гарибальди был истинным народным героем, самоотверженным, благородным и бескорыстным человеком, убежденным в справедливости революционных идей и отдававшим все силы борьбе за единство Италии и свободу простого народа
Задание № 39. Продолжите фразу
Объединение Италии и создание объединённого королевства имело огромное значение для страны, так как…
создавало условия для экономического развития страны, реформирования государственного устройства, установления гражданских прав и свобод и отмены феодальных пережитков
Задание № 40. Прочитайте отрывок из исторического источника и ответьте на вопросы
Из воспоминаний Гарибальди (о событиях 1859—1860 гг.)
«Я могу с гордостью сказать: я был и остаюсь республиканцем, но в то же время я никогда не считал, что народовластие — единственно возможная система, которую следует силой навязать большинству нации. В свободной стране, где доблестная большая часть народа добровольно высказывается за республику, там, разумеется, республика является лучшей формой правления… Но поскольку в настоящих условиях, по крайней мере ныне, в 1859 г., республика невозможна… то, раз представилась возможность объединить полуостров путём сочетания интересов династических сил с национальными, я безоговорочно к этому присоединился…»
О каком историческом событии пишет Гарибальди в своих воспоминаниях?
Как вы охарактеризуете политические взгляды Гарибальди?
Выскажите своё суждение об убеждениях этого человека
* Об объединении Италии, а именно о войне с Австрией и присоединении Средней Италии
* Будучи убежденным республиканцем, Гарибальди являлся патриотом своей страны и считал возможным объединение различных политических сил в достижении общей цели
* Гарибальди — это икона для подражания. Убежденный сторонник революционной идеи, он всю жизнь самоотверженно и бескорыстно боролся за единство и свободу родины, торжество справедливости
Задание № 41. Знаком «+» или «-» отметьте, согласны ли вы с данными суждениями
Причины Франко-прусской войны:
1) Наполеон III путём победоносной войны хотел укрепить свой «шатающийся трон»
2) папа римский Пий IX подталкивал Наполеона III к войне с Пруссией
3) соперничество Франции и Пруссии за лидерство в Европе
4) Наполеон III стремился укрепить влияние Франции в Испании, в то время как Бисмарк хотел поставить Испанию в политическую зависимость от Пруссии
5) Бисмарк рассчитывал, что победа над Францией позволит Пруссии завершить объединение страны и создать Германскую империю
6) стремясь спровоцировать войну, Бисмарк дал в газеты сообщение, содержание которого было оскорбительно для французского правительства
1 2 3 4 5 6 + - + - + -
Задание № 42. После поражения французской армии при Седане в одной из парижских газет появилась статья «Под Седаном Наполеон III нашёл своё Ватерлоо»
Недаром Наполеона III называли «младшим Наполеоном». Французы, когда-то выбравшие Наполеона своим императором, надеялись, что он будет похож на своего знаменитого родственника, который заботился о благополучии Франции и простых французов, который заставил гордиться своей страной и был любим за это народом. Под Ватерлоо закончилась история первой империи и, как в насмешку, судьба наконец-то явила Франции единственное сходство нынешнего императора со своим великим предком — вторая империя также нашла свой конец после военной катастрофы, но уже под Седаном
Задание № 43. Какие важнейшие события, связанные с национальным объединением Италии и Германии, произошли в указанные годы?
1859 г. — победа Сардинского королевства (Пьемонта) в войне с Австрией и присоединение Ломбардии
1860 г. — присоединение к Сардинскому королевству Средней Италии, созыв первого итальянского парламента и экспедиция Гарибальди в Сицилию
1861 г. — провозглашение Виктора Эммануила II королем объединенной Италии
1866 г. — создание Северогерманского Союза. Присоединение к Италии Венецианской области
1870 г. — Начало франко-прусской войны. Завершение объединения Италии — освобождение Рима
1871 г. — 18 января провозглашена Германская империя, объединившая Северогерманский союз с другими германскими государствами
